Заповедник

— А если кинется? — прошептал на ухо Дока стоявший чуть сзади Кэп… В ответ на этот тихий шепот верхняя губа собаки приподнялась, явив — в качестве приветствия, надо полагать, — здоровенные и ослепительно белые клыки. Послышалось низкое, глухое рычанье, шерсть на загривке стала подниматься… И в этот кульминационный момент заскрипела, распахиваясь, дверь избушки, оттуда вылетел маленький бородатый мужик и истошно заорал:

— Фу, Шарик, фу!.. — Пес, услышав команду, сразу же успокоился и, опустив голову, неторопливо подался за угол избушки.

— Шарик… ничего себе Шарик! — истерично хохотнул Текс. — А какие же тогда здесь Джульбарсы или Рэксы, если это — Шарик?

— Да, понимаш, — услышав эти слова, сказал подходивший к друзьям мужик, — когда он был щенком, то вон с той горки, бывало, срывался и катился вниз — ну точно как меховой шарик… Так и прилипло: Шарик да Шарик… Драстье! Куда путь держим, робяты? — приветливо спросил дедок.

— Да нам бы переночевать… мы и не знали, что здесь избушка стоит… но мы и палатку поставим, если вы не против, — тут же начал Док.

Однако мужичонка замахал руками, как двухмоторный самолет пропеллером:

— Вот ишшо… шатер оне ставить будут! Изба-то пуста стоит, поместимся, однако. ЗахОдьте, захОдьте! — И повел нас в свою избушку. И мы всей гурьбой подались за ним. Последним зашел Кэп, и перед тем как скрыться в темноте сеней, он приостановился и, оглянувшись, цепко оглядел окрестности. Лицо его было сумрачным, даже настороженным…

Но отдыха поначалу не получилось.

Не успели все сбросить на нары рюкзаки, как за дверьми раздалась разноголосица истошного и требовательного собачьего лая.

— Охти мне… посыльные прибежали, — бросил дедок и прытью выскочил из избы. В окошко было видно, как две лайки что-то усиленно втолковывали хозяину, всячески показывая, что надо идти за ними, срочно надо идти. Это было так красноречиво, что мы ничуть не удивились дедовым словам, которые он, вбежав в дом, бросал на ходу:

— Лайки говорят, беда… кто-то из зверей покалечился… зовут… вы тут располагайтесь… вот вам мяско… — Дедусь вывалил на стол несколько скруток вяленого мяса: — Это маралятина… приду к девяти, однако не раньше… Сварите кашу… крупа, соль в шкапчике.

 — Сам же он при этом, бегая по избушке, успел вытащить короткоствольный карабин, сунул в карман десяток патронов и, подхватив под мышку какой-то серый мешочек, исчез.