— Ты случайно не из «Чистилища», борец за справедливость?
— Из него, — с запинкой кивнул Матвей, сообразив, что это хорошее прикрытие.
— Один, без подстраховки?! Да тебя уложит любая из моих герл, не говоря об охране.
— Имя, адрес."
"— Это был он. — «Президент федерации» кивнул на застывшего кожаного. — Перестарался парень — с кем не бывает. Но ведь ты не выйдешь отсюда, герой, неужели не понимаешь? — Дадоев заулыбался, взял со стола лезвие бритвы, подбросил, поймал. — Человеку так мало надо.
Один молодой мужик вроде тебя недавно проглотил бритву и умер.
— Я знаю еще более страшный случай. Один чиновник вроде тебя захлебнулся собственной слюной во время сна.
— Понятно. — Дадоев поскучнел. — Берите его, девочки.
В то же мгновение в кабинет вошли три девицы, две — знакомые «герлы»-секретарши, третья — великолепно развитая брюнетка с роскошными волосами. Видимо, президент все-таки успел включить селектор либо знал секрет связи с охраной.
Тут же все и выяснилось.
— Они тебя сразу раскусили, — расслабился Дадоев, пригладил ниточку усов. — И предупредили. Так что, господин «чистильщик», ты избрал худшую из дорог. Кстати, а кто он тебе, этот Илья Шимук, автослесарь? Брат, сват, шурин, свояк? Или просто так?
Матвей не ответил, привычно вгоняя себя в фазу концентрации турийи. Он уже видел, что уйти без боя не удастся, и удивился открытию: за Белым, то есть «президентом Независимой федерации кикбоксинга», явно стояли какие-то очень мощные силы, а не ученики-боксеры муай тай и каратисты.
Слишком просто сюда войти и слишком сложно выйти. А это почерк спецкоманд, а не школ единоборств.
Матвей прикинул возможности. У Дадоева в столе наверняка лежит пистолет, а то и что-нибудь похлеще, но он расслаблен и в первой фазе не страшен. Кожаного Чарли тоже можно не брать в расчет, придет в себя не скоро. Оставались девицы, вооруженные специальными туфлями с металлическими каблуками и носками. Одна из них, брюнетка, кроме того, держала в руке короткую толстую витую плеть из кожи и проволоки.
Как говорится, тикара курабэ[16] не в его пользу, но разве когда-нибудь было наоборот?
Он начал первым, потому что хорошо чувствовал обстановку: у него в запасе оставалось не больше минуты, пока не отреагировали скрытые защитные системы «федерации», а тогда выбраться из опасного гнезда, в какое он попал, не ведая того, будет и вовсе проблематично.
