Матвей с недоумением посмотрел на потрясающе невозмутимые и спокойные лица собеседников, говорящие об их полном владении собой и ситуацией.
— Как никто?!
— Мы оба претендовали на это, — вздохнул Парамонов. — Энеаграмма не выявила лидера, и нам потребуется время, чтобы… э-э…
— Выяснить отношения, — подсказал Самандар с мрачной искрой в глазах. — Хотя мы не уверены, что вы последуете за одним из нас. И все же нам хотелось бы кое во что посвятить вас. В Москве, а по сути — в стране, образовались четыре конкурирующие силовые структуры: Федеральная служба безопасности плюс ГУБО — одна, Министерство обороны и Сверхсистема — другая, «Чистилище» — третья и Генпрокуратура плюс МВД — четвертая.
Есть и еще одна подсистема — служба безопасности президента, но ее амбиции не идут так далеко, как у остальных.
— Между ними мечутся еще две подсистемы, коррумпированные меньше других: военная контрразведка и Московский уголовный розыск, — добавил Парамонов. — И все они конфликтуют, увеличивая подпороговый хаос. Как только порог взаимодействия будет преодолен…
— Начнется война на уничтожение, — закончил Самандар все с тем же насмешливо-ироничным, мрачноватым огоньком в глазах.
— Хаос. Уцелеет ли государство, не знаю, но может не уцелеть реальность! Что для живущих в ней равносильно катастрофе. Вот теперь и думайте, стоит ли вам влезать в эту кашу, чтобы изменить потенциалы, или не стоит.
Матвей сел в уцелевшее после налета кресло, глубоко задумался, ища в памяти эзотерические тексты, созвучные услышанному.
Двое людей, в силу разных причин вставшие на Путь во Внутренний Круг, с не меньшей сосредоточенностью и не без сомнений смотрели на него. Наконец Матвей первым прервал затянувшееся молчание, твердо взглянул на Парамонова:
— Что вы предлагаете мне делать?
— Как уже было сказано, у нас разные подходы к…
— Нет, я имею в виду вас лично. Что вы предлагаете делать?
Парамонов искоса посмотрел на Самандара. Тот усмехнулся, покачал головой.
— Кажется, этот молодой человек выбрал ваш Путь, Иван Терентьевич.
Сожалею, что не могу помешать. Желаю удачи… всем нам, но не уверен, что пути наши не пересекутся.
И Самандар исчез. Только ветер прошелестел по комнате, шевеля разбросанные листы бумаги.
— Он поспешил, — тихо произнес Матвей. — Я еще не знаю, чей Путь мне ближе и каким пойду я.
— Я знаю, — кивнул Парамонов. — Выбор остается за вами. Но я всегда смогу помочь, если потребуется, и буду неподалеку. Одна просьба: не ошибитесь в оценке ситуации, как сегодня.
