Срочно в управление.
— Что случилось? — У Матвея, что называется, екнуло сердце.
— Случилось. — Щелчок защиты линии и гудки отбоя.
Несколько мгновений Матвей смотрел на трубку как на готовую взорваться гранату, потом быстро собрался и, чувствуя приближение каких-то неподконтрольных ему событий, покинул квартиру.
Управление военной контрразведки «Смерш-2» занимало скромное двухэтажное здание на Фрунзенской набережной вместе с финансовым надзором Министерства обороны и в этот поздний час было погружено во тьму.
Окна кабинета Дикого тоже не светились, но это просто работала лазерно-поляризационная защита, затемняющая стекла."
"Соболева ждали. Двери сами закрывались и открывались за ним, как только он появлялся в поле зрения скрытых телекамер, и через минуту он уже входил в небольшой, но технологически уютный кабинет генерала. Валентин Анатольевич, в белой рубашке с галстуком, поднялся ему навстречу, пожал руку, кивнул на стулья с кожаными сиденьями.
— Когда вы в последний раз виделись с Ивакиным, Матвей Фомич?
— Вчера вечером.
А что с ним?
— Убит. Именно вчера вечером у двери той же явочной квартиры. Тело обнаружили только во второй половине следующего дня, то есть уже сегодня, но вас не было дома.
Несколько мгновений Матвей находился в шоке. Вскинулся:
— Не может быть!
Генерал молча налил себе воды, выпил, подвинул сифон к гостю, но Соболев не взял.
— Такие вот пироги, капитан.
— Ничего не нашли? Следы… обстоятельства… Как его убили?
— Это одна из загадок трагедии. Такое впечатление, будто Борис Иванович разодрал себе все тело ногтями, а потом пытался руками вынуть сердце.
Матвей молча смотрел на Дикого. Тот мрачно кивнул:
— В принципе, такое возможно… если применить кое-какую секретную аппаратуру. Следов не оставляет никаких. Но тут еще предстоит поработать экспертам. О вашем свидании Борис Иванович сообщить мне успел, но подробностей не знаю. Так что выкладывайте, что у вас есть.
Матвей поднял похолодевшие пронзительно-голубые глаза, пряча в глубины души недоумение и боль.
— Я хочу участвовать в расследовании.
— Там и без вас специалистов хватает, Матвей Фомич. А вы на время вообще отстраняетесь от участия во всех операциях. Я понимаю ваши чувства, но…
— Товарищ генерал!
— Это приказ, капитан! Успокойтесь. Почитайте-ка, это вам. — Дикой подвинул на край стола два конверта. Это были письма Соболеву, посланные в Рязань. Для всех родственников он продолжал жить и работать там.
Матвей машинально вскрыл конверты.
