— Разводятся из-за разногласий, недостатка денег, бытовухи. Несоответствия партнёра ожиданиям.
— Она думала, что он — герой кинофильма, а он оказался обыкновенным мужиком с дырявыми, вонючими носками, — присоединяется к её ответу Петров.
— Он думал, что она — двадцать четыре на семь инстадива, а она оказалась обыкновенной женщиной, с нерасчёсанными по утрам волосами и лицом, с трудом напоминающим отфотошопленную версию самой себя, — продолжает Ромасенко.
— Жиза.
— А ещё там крошки на столе.
— Конфликты из-за крышки унитаза.
— Открытого тюбика пасты.
— Разбросанного шмотья.
— Немытой посуды.
— Уссыкающейся собаки.
— Н-да, это вам не конфетно-букетный период…
Ребята смеются.
— Да, Полина.
— Мне кажется… — она опускает руку. — В настоящее время, у молодёжи слабо развиты такие качества, как уважение к близкому, терпимость, самопожертвование, уступчивость и умение прощать.
— Мы — поколение эгоистов, — соглашается с ней Горький. — Самолюбие, извращенное чувство свободы, вседозволенность.
— Очень годные рассуждения, мальчики-девочки. Молодцы, — кивает Юрий Леонидович. — Возвращаясь к теме быта… Предлагаю разделиться на группы и сыграть в игру. Прямо сейчас сформулируем на этих листах проблемы современной молодой семьи. Группы. Первая-вторая парта. Третья-четвёртая. Пятые — можно примкнуть куда-нибудь. Три минутки вам посовещаться и оформить записи.
Паша поворачивается к нам с Илоной. Филатова робко подсаживается слева. Примыкает к нам и Ромасенко, потому что у Свободного в команде уже пять участников.
— Ну чё, погнали? Пиши, Тата. У тебя почерк прикольный, — Горький отдаёт мне шаблон. — Первое. Обеспечение семьи денежными средствами.
— Второе. Планирование расходов семейного бюджета, — продолжает Полина.
— С важного надо начинать, алё! Приготовление завтрака-обеда-ужина, — недовольно бросает Максим.
— Мытьё посуды, — добавляю ниже.
— Вынос мусора.
— Пхах.
— Глажка белья.
— Ненавижу, — признаётся Полина. — Вечно после курортников стираем-сушим-гладим.
Бесконечная песня.
— Походы по магазинам.
— Оплата коммунальных услуг.
— Уборка квартиры.
— Смена памперсов и прочая лабуда, связанная с ребёнком, — подключается Илона, выводя чёрными чернилами узор.
— Ох, блин, точно? Там же ещё и ребёнок может быть…
Тук-тук.
— Здрасьте, Юрий Леонидыч.
Этот голос вынуждает оторвать глаза от листка.
В дверях стоит Марсель. Загорелый, улыбающийся, невообразимо кучерявый и какой-то… по особенному красивый.
