— Завтра не можешь? Тогда как насчёт воскресенья? — пру напролом.
— Ни завтра, ни в воскресенье, ни когда-либо.
— Прям уверена в этом? — снисходительно улыбаюсь, разглядывая черты её лица.
— Абсолютно. Ты не в моём вкусе, — припечатывает холодно.
— Главное, что ты в моём, — сохраняя покерфейс, делаю вид, что её слова совершенно меня не задели.
— Это твои проблемы.
Прикольно. Подобное от девчонки я слышу впервые.
— Тогда часы пока побудут у меня? — хлопаю по карману брюк. — До тех пор, пока не передумаешь, — добавляю, подмигивая.
Она фыркает, поднимает вверх руку и показывает мне средний палец.
— На что похоже?
Школьники, толпой высыпавшие во двор, поглядывают на нас с нескрываемым любопытством.
— На провокацию.
— Не угадал. Это маршрут, по которому тебе стоит пойти, — бросает Тата напоследок, после чего направляется к калитке.
Зараза.
— Чё? Вижу, состоялся разговор, — рядом со мной вырастает фигура Горького.
— Типа того, — на пару смотрим вслед Джугели.
Она останавливается по ту сторону забора и достаёт телефон, чтобы кого-то набрать.
— Вы с Ромасенко повздорили?
— Так, ерунда. Забрал у него один нужный мне предмет.
— Даже догадываюсь какой, — хмыкает он.
— Марсель, погнали скорей. Папа уже подъехал, — сеструха по традиции игнорирует присутствие Паши и цепляет меня за локоть.
— На созвоне.
— Репа завтра будет?
— Да, собираемся как обычно, — ору другу уже на ходу.
Фа-фа.
Сигналит батя, припарковавший своего бегемота у бордюра.
— Привет, папочка! — радостно верещит ведьма.
Запрыгивает в салон и лезет душить его в объятиях.
Снимаю полупустой рюкзак с плеча, открываю дверь и падаю на переднее сиденье.
— Как дела?
— Устала, па, и голодная, как волчара.
— Там сзади пицца в коробке.
— Ура-ура! Моя любимая! М-м-м! И картошка по-деревенски! Мур-р-р, — звонко чмокает его в щёку.
— Матери меня не сдавайте.
— Едем за ней?"
"— Да, но сначала заберём нашу драчунью.
Фоном слушаю их беседу. Наблюдаю за Джугели через открытое окно.
Залипаю.
Перед нами тормозит мерс. Оттуда выходит мужик в костюме. Судя по тому, что он открывает перед ней дверь, — личный водила.
— Здрасьте, Ян Игоревич! — одноклассницы, проходящие мимо, расплываются в улыбках и, глупо хихикая, дружно машут моему отцу.
Идиотки, блин.
Тата походкой фотомодели идёт к машине. Когда наклоняется чтобы сесть в неё, поворачивает голову влево и мы снова ловим друг друга в фокус.
«Ни завтра. Ни в воскресенье. Ни когда-либо».
