— Самая красивая невеста!
Это была не ложь — мама выглядела отлично! Ее белоснежное платье смотрелось по-королевски сдержанно, но при этом роскошно, и великолепно сидело на тонкой фигуре. Полуоблегающий силуэт, открытые плечи и оголенная спина, жемчужная дорожка из пуговиц, небольшой шлейф. Никаких легкомысленных кружев, воланов или бантов — ничего лишнего, одна лишь изысканная элегантность. Волосы собраны в низкий пучок, без фаты — к такому платью она ни к чему. Единственное украшение — длинные серьги, камни в которых буквально искрились на свету.
Увидев маму, сентиментальная Оксана растрогалась. Взяла ее за руки и тепло улыбнулась, словно сестре.
— Ну вот и настал твой день, моя хорошая. Ты просто обязана быть счастливой несмотря ни на что. Поняла?
— Спасибо тебе за все, Оксан, — улыбнулась мама. — Только не плачь!"
"— Конечно, не буду, у меня вся косметика потечет, — сварливо отозвалась ее подруга и повернулась ко мне: — Ярка, тебя я следующую выдаю замуж!
— Спасибо, не хочется, — поблагодарила я и предложила: — Давай лучше мы тебя выдадим?
— Благодарю покорно, — тут же отказалась Оксана.
— Мне и одной хорошо, а мужики эти надоели! Не всем же везет себе такого, как Костик отхватить?
Мама рассмеялась. И я поняла, что самым ее красивым украшением, была счастливая улыбка.
Глава 31. Встреча на фуршете
Перед самой церемонией маму увели, а я вместе с Оксаной отправилась в вэлком-зону, в которой располагалось несколько шатров, фуршет, коктейльные столики, лаундж с кальянами, фотозона, столики с бонбоньерками — специальными комплиментами для каждого гостя и много всего другого.
В вэлком-зоне уже начали собираться гости, которых на свадьбе должно было присутствовать огромное количество. Видя всех этих богато одетых, уверенных в себе людей, между которыми сновали официанты, я немного растерялась, однако Оксана чувствовала себя, словно рыба в воде.
— Пойдем есть, — сказала она, выискивая глазами фуршетные столы.
Однако взять Оксана ничего не успела — увидела кого-то и решила подойти, а я осталась одна.
Боже, это свадьба моей мамы, а я снова чувствую себя чужой. Пытаясь прогнать это чувство, я осторожно взяла канапе с черной икрой. Однако не успела даже прожевать, как раздался знакомый мужской голос:
— Привет, Ярослава.
Я обернулась и увидела Сержа с бокалом в руке. Он улыбался, глядя на меня. На его лицо падало солнце, и он немного щурил глаза. Ресницы у него были золотисто-коричневые, как и брови, а глаза на свету казались кристально-голубыми.
