Он хотел уйти, когда Ярослава что-то пробормотала во сне, и парень остановился, впервые так долго и пристально рассматривая ее красивое девичье лицо, на которое падала тень. Тонкое, нежное, чуть удлиненное, с высоким лбом. Обрамленное светлыми волосами, которое волнами падали на хрупкие плечи. Чуть приоткрытые чувственные губы — на верхней линии четкое углубление посредине, Игнату вспомнилось, как кто-то из девчонок называл ее «аркой купидона». Ему нравились такие губы — так и хотелось поцеловать их. Брови вразлет, пушистые светлые ресницы.
И кожа тоже светлая, но теплого сияющего оттенка. На руках видны тонкие вены — не выступающие, как у него или у других парней, а глубокие, просвечивающие сквозь кожу, не тронутую загаром.
Невольно любуясь девушкой, Игнат вспомнил, что в их первую встречу она показалась ему кристально чистой, словно ангел. И вспомнил запах ее тела — хрустальная чистота с легким землянично-медовым аккордом. Ему хотелось обнять Ярославу, но он тут же попятился, понимая, что не может сделать этого.
И вообще, на самом деле никакой она не ангел, а ведьма.
И снова ее презрительные слова ударили его под дых.
Кинув на Ярославу последний взгляд, Игнат ушел, твердо решив про себя, что никогда больше не коснется ее.
Он вышел из особняка, который казался ему красивой тюрьмой с подсветкой, завел машину и помчался на другой конец города по пустой дороге. Несколько раз ему звонила Алекса, но он не хотел с ней разговаривать. Не было настроения. А когда у него не было настроения, Игнат мог и нахамить случайно.
Только вот Алексе хамить ему не хотелось — она казалась ему слишком милой для этого. Алекса не заслужила такого отношения.
Скорость и громкая музыка, которую Игнат по обыкновению включил, немного отвлекли его от тяжелых мыслей. Он ехал к Сержу домой, даже не предупредив его об этом. Открыл своим ключом дверь его квартиры и вошел. Внутри царила полутьма — лишь из гостиной падали тусклые оранжевые отсветы. Играла музыка — неспешный обволакивающий лаундж. И вкусно пахло ореховой нугой — Серж обожал такие ароматы и постоянно закупал новые свечи.
Игнат только глаза закатывал, когда друг тащил его в какой-нибудь магазинчик с товарами для дома и начинал нюхать все свечи подряд, изредка суя их под нос Игнату, который тут же начинал морщиться.
— Где ты там? — нетерпеливо крикнул Игнат, заходя в гостиную. И только тогда понял, насколько не вовремя пришел.
«Чертов эстет», — усмехнулся он."
"Серж лежал на диване, закинув руки за голову.
