Бассейн
Голова Игната лежала на острых девичьих коленях; его глаза были закрыты, и он сосредоточился на прикосновениях. Тонкие пальцы девушки играли с его волосами, мягко перебирали их, опускались от виска к щеке, от щеки — к линии подбородка, ласково поглаживали шею. Они чертили на груди парня непонятные узоры, и каждое ее прикосновение дарило ему нежность. Эта нежность была непокорной, пронзительной, словно вспышки звезд в его сердце. И безумно необходимой — она была нужна Игнату, как воздух.
«Не уходи, пожалуйста.
Побудь со мной еще немного. Ты так мне нужна».
За этими обрывочными мыслями стоял образ Ярославы. Она то улыбалась ему — как тогда, в первый день их знакомства, которое еще не предвещало беды. То смотрела на него со смесью удивления и мучительного желания продолжить поцелуй дальше…
Женские пальцы замерли на солнечном сплетении парня и медленно повели вниз, к ремню. Не открывая глаз, Игнат поймал тонкую руку и прижал ее тыльную сторону к своим губам.
«Я очень скучаю»
— Игнат, можно откровенный вопрос? — раздался голос Алексы.
— Ты не хочешь меня? Я тебя не привлекаю?
Хрустальный образ Ярославы в голове Игната разбился на тысячи сверкающих на солнце осколков. Услышав голос Алексы, он больше не мог представлять себя с той, о которой думал с мучительным постоянством.
Игнат нехотя открыл глаза — он находился в своей квартире, куда сбегал, когда жизнь в особняке отца казалась ему особенно невыносимой. Алекса пришла к нему в гости, хотя он и не звал ее.
Ему хотелось одиночества, но выгнать девушку не смог.
— С чего ты взяла? — недовольно спросил Игнат, поднимаясь с ее колен и садясь рядом.
— Мы ни разу не спали, — тихо сказала Алекса. — Со мной что-то не так, да?
В ее голосе послышались слезы, и Игнат поморщился. Ему не нравилось, когда девушки плачут, он начинал ощущать беспомощность, а быть беспомощным он ненавидел.
— С тобой все так, — сказал он, стараясь сдержать раздражение.
— Тогда почему? — еще тише спросила девушка, и Игнат не знал, что ей сказать.
Не признаваться же, что на нем проклятье этой ведьмы Ярославы, и он, как помешанный, думает только о ней?"
"— Не хочу торопить события, — ответил Игнат.
Это были слова Сержа, и он решил позаимствовать их.
— А по-моему, дело в ней, — вдруг неожиданно решительно сказала Алекса.
Игнат нахмурился.
— В ком?
— В твоей сестре.
Сестре. Это слово было словно очередная пуля, выпущенная в его душу. Игнат разозлился.
