Так не должно быть.
Мысль об этом отрезвила меня, но мне не хватило сил оттолкнуть незнакомца, который нежно поцеловал меня в щеку. Однако именно в этот момент вспыхнул свет. Тьма и пришедшее вместе с ней наваждение страстью испарились. А я моментально пришла в себя, поняв, что зажимаюсь с каким между стеллажами с французской и английской классикой. И вырвалась из его объятий.
Щеки и лоб пылали так сильно, словно я склонилась к костру. Сердце испуганно билось где-то в горле. Дыхание было рваным, и я не могла успокоить его.
Парень удивленно смотрел на меня, щурясь на ярком свету. Будто не понимал, почему я оттолкнула его. Наверное, считал меня сумасшедшей.
— Этого не должно было быть, — сказала я тихо, но твердо. — Забудь о том, что произошло.
Резко повернувшись, я пошла прочь. Изнутри меня раздирали смущение, страх и стыд. Я не должна была это делать, не должна! Настоящее сумасшествие!
— Эй, стой! — крикнул он мне в спину, но я не обернулась.
Просто шла вперед, почти ничего не видя — свет слепил глаза.
— Да стой ты! — снова раздался голос незнакомца.
Я не собиралась останавливаться и ускорила шаг, чувствуя его пристальный взгляд. Мне хотелось поскорее покинуть библиотеку. И я буквально вылетела из отдела художественной литературы, но пошла не на остановку, а в небольшой сквер неподалеку — хотела спрятаться от людей, остаться наедине с собой. Казалось, что все знают, чем я только что занималась в библиотеке.
И осуждают меня.
Об оставленной где-то на полках французской классики книги я вспомнила лишь тогда, когда оказалась на лавочке, укрытой от посторонних глаз цветущими кустарниками. Дрожащими руками я вытащила бутылку воды из рюкзака, сделала несколько глотков, а потом, вспомнив, как губы незнакомца настойчиво касались моих губ, прикрыла их ладонью."
"Я не думала, что мой первый поцелуй будет таким. Внезапным, нежным и ошеломительным. С человеком, которого я вижу в первый раз.
В библиотеке. С одной стороны, это было восхитительно. А с другой… С другой, я чувствовала себя неправильной. Грязной. Отвратительной.
И вспомнила маму. Иллюзий на счет того, чем она занималась, я не строила. Я не осуждала ее, но и идти ее путем тоже не хотела. Боже… Как же так вышло? Нельзя было разрешать незнакомцу целовать себя. И не позволительно было получать от этого кайф.
Мне сложно было понять себя и свои чувства.
