Так часто выглядят люди, которые привыкли добиваться своего, несмотря ни на что.
— Привет, — повернулся он ко мне, сделав заказ у бармена. — Как дела?
Взгляд его оценивающе скользил по моей фигуре, отчего стало неприятно. Как будто бы меня раздевают глазами.
— Извини, — улыбнулась я, — но я не настроена на знакомство.
— Как скажешь, — пожал он плечами и, попивая пиво, уставился в телефон.
Я облегченно выдохнула, обрадовавшись, что этот тип не стал ко мне приставать. Однако радость была недолгой — рядом со мной появился тот, кого я заметила еще в самом начале.
То самый крашеный блондин с татуировкой над бровью, в модной футболке оверсайз и в штанах с черепами на коленях. Значит, мне не показалось, и я действительно его видела.
Повернувшись к нему, я почувствовала отвращение — вспомнилось, как он лапал меня и как гадко вел, уверенный в своей безнаказанности.
— Привет, — улыбнулся парень. — Я тебя увидел и хотел подойти.
— Зачем? — холодно спросила я.
— Ну, понимаешь… — Глаза блондина забегали из стороны в сторону.
— Мне не по себе. От того, как я поступил.
Я позволила себе усмехнуться. Скорее всего, ему было не по себе от Игната, который защитил меня. Едва я только подумала об этом, как сердце сжалось в комок.
— Я хочу извиниться перед тобой, — продолжал парень. — Поступил некрасиво. Сам не знаю, что на меня нашло.
Я не верила ни единому его слову. И хотела, чтобы он просто оставил меня в покое.
— Хорошо, я поняла тебя, — кивнула я, надеясь, что он свалит. Но нет, блондин так и продолжал стоять рядом.
— Извини, пожалуйста. Я ведь не знал, что ты сестра Игната, — продолжал блондин.
— А если бы я не была сестрой Игната, тогда бы ты тоже извинялся? — спросила я хмуро.
Боже, какой он мерзкий. Даже пахнет от него чем-то противным — смесью дорогого алкоголя, жженых листьев и чего-то сладкого, как зефир.
— Конечно, — не колеблясь, соврал он, почему-то глянув куда-то мне за спину. — Слушай, сестренка, ты скажи Игнату, что я извинился и все такое. Он мне обидку кинул, а я хочу с ним, как и раньше, кентами быть.
— Тебе нужно — ты и говори, — раздраженно ответила я. — Я хочу побыть одна.
Блондинчик все-таки понял намек и слинял, а я, пытаясь справится с раздражением, потянулась к бокалу с колой и сделала несколько больших глотков. На мгновение мне показалось, что ее вкус несколько изменился, напиток стал чуть горьковатым, однако почти сразу эта горечь исчезла. Допив колу, я по детской привычке разгрызла кубик льда.
