Простонала что-то почти бессвязно, выгнула спину, еще сильнее сжала волосы Игната… А потом почувствовала дикое расслабление. Игнат поцеловал меня в живот и лег рядом, заглядывая в глаза.
— Понравилось же? — довольно спросил он.
Наверное, потом я должна была сказать ему что-то милое, но вместо этого обессиленно перевернулась на бок, закрыла глаза и просто отключилась. Кажется, Игнат накрыл меня чем-то и лег рядом.
Глава 90. На пределе нежности
Ярослава уснула, а Игнат лежал рядом и просто смотрел на нее, осторожно поглаживая по волосам, чтобы не разбудить.
Сердце все еще бешено колотилось, а по телу разливалась ленивая усталость, как после долгой изнурительной тренировки. То, что между ними произошло, было невероятно, даже сам секс порой не мог принести столько удовольствия, сколько принесли сегодня нежные пальцы и горячие губы Ярославы. Она была неопытной, но страстной, и быстро довела его до финиша. И когда он понял, что близок, то захотел, чтобы Ярослава его целовала — зачем, и сам не понимал. Игнат просто чувствовал к ней безграничную нежность, из-за которой сердце наполнялось светом, а в голове высвечивалось ее имя.
Имя той, которую Игнат любил.
Снова вспомнив, как ее нежные губы скользили по нему, он прикрыл глаза. Это было потрясающе, но еще больше его впечатлило то, что Ярослава разрешила ему откровенные ласки в ответ — такие, на которые решаются не все девушки. Наверное, дело было в доверии. Она доверилась ему, и Игнат это ценил.
Под новым порывом нежности он повернулся и аккуратно обнял девушку, прижимая ее спиной к своей груди.
Он чувствовал себя счастливым, ощущая сводящий с ума женственный запах с легким землянично-медовым аккордом и вспоминая стоны Ярослава, которые она пыталась приглушить, закрывая рот рукой. Такая красивая, уютная, беззащитная и… его. Она — его. Он никому не собирается ее отдавать."
"Рядом с Ярославой Игнат мог быть самим собой. Не играть роли, к которым привык. Не казаться лучше, чем есть. Позволять себе быть слабым. А еще чувствовал себя нужным — ей было плевать не бабки его отца, не подарки, не власть.
Ярославе нужен был он сам. Пожалуй, впервые за долгое время Игнат поймал это ощущение нужности и наслаждался им.
Проснувшись почти час спустя, Ярослава повернулась к Игнату и сладко потянулась. А потом прильнула к нему и укрыла одеялом.
— Привет, — улыбнулась Ярослава, глядя на него со смесью восторга и смущения.
— Ты отрубилась, — с любопытством сказал Игнат. Ему понравилась такая ее реакция.
