Только чего? Что я уведу Игната? Значит, не знает, что он мой сводный брат, как бы это смешно ни звучало.
В голове вдруг появилась глупая мысль — целуясь и флиртуя со мной, Игнат изменял своей подружке? Ах, ну да, он же хотел уложить меня в постель. Подонок.
— Каждый раз, встречая неадекватов, я думаю — дно пробито, — задумчиво сказала я. — Но каждый раз убеждаюсь, что снизу стучат, не переставая… Стеш, ты в порядке? Не слушай дур, они пришли с четким планом нас оскорбить.
Стеша кивнула и даже улыбнулась, но мне показалось, что за стеклами очков в ее глазах блеснули слезы.
Впрочем, подруга сразу же отвернулась и сделала вид, что убирает из глаза соринку.
Я обняла ее.
— Все хорошо, Стеша. Извини, это из-за меня.
— Ты ни при чем, Яра. Так что не извиняйся. Только вот они правы, — горько усмехнулась подруга. — Худеть надо…
— Это не им решать. И вообще, пошли они в задницу. Пусть за собой следят, а не за другими. Идиотки. Зла не хватает. Ты у меня красивая. И талантливая. И вообще, прекрасный человек. — Я не могла успокоиться, во мне все клокотало от злости.
— Ладно, проехали, — вздохнула подруга и поправила каштаново-медные кудрявые волосы, хотя я знала, что слова этих куриц будут долго мучить ее. Стеша была очень ранимой.
— Проехали. Давай поедим и пойдем на пару, — предложила я, взглянув на часы в телефоне. Большая перемена подходила к концу.
— Не хочу, — отказалась Стеша, хотя я знала, что она была голодна, и ничего еще сегодня не ела.
— Почему?
— Просто… Просто не хочу!
— Ладно… Тогда хоть сок допей.
— Я ее знаю, — вдруг сказала подруга, отказываясь и от сока. — Ее зовут Яна Шленская. Она с экономического факультета. Тусуется с Елецким и его компанией. Одно время говорили, что она его девушка.
— Откуда ты ее знаешь? — удивилась я.
— Девчонки рассказывали. Ты, конечно, плохо помнишь, но когда Елецкий появился в универе, все о нем только и говорили, — укоризненно сказала Стеша. — Настя Крылова по нему прям сохла и все-все знала. Эта Шленская тоже какая-то богатенькая, с непростым папочкой.
С ума по Игнату сходит. Буквально висит на нем. Знаешь, Яра, а ведь она правда боялась, — вдруг взглянула на меня подруга. — Она ревновала его к тебе. И пришла, потому что почувствовала в тебе соперницу.
Я усмехнулась.
— Эта идиотка, видимо, еще не знает ни о чем. Узнает — обрадуется.
— А почему ты сказала, что все расскажешь Игнату? — спросила вдруг Стеша.
— Само вырвалось, — призналась я. — Не знала, что еще сказать, чтобы они оставили нас в покое.
