Но в одном Елецкий просчитался — я могла держать эмоции под контролем. По крайней мере, сейчас.
— С этой задачей справится и мой парень, — ответила я ему. — Прибереги силы для своей очередной девушки. И береги язык, малыш, если не получается заставить девочек получить удовольствие другим способом.
Вложив в свой взгляд максимум ехидства, я выразительно скользнула взглядом от его пояса ниже — к ширинке.
— Надеюсь, у маленького Игнатика все хорошо. А то непорядок, что основная функция лежит не на нем. Надеюсь, он не показывает пол шестого.
«У него на пол шестого» было любимой шуткой Оксаны, и она всегда казалась мне идиотской, а теперь, надо же, я сама ее произнесла.
Елецкий расхохотался. Но тут же резко замолчал и, не отрывая от меня взгляда, хрипло сказал:
— Хочешь, проверим? Узнаешь, что у меня работает лучше: язык или член.
— Лучше бы голова, — сказала я. — Знаешь, женщины считают, что самая сексуальная часть тела мужчины — мозг.
Он не нашелся, что ответить мне. Просто сказал:
— Еще одно доказательство, что ты такая же, как мать.
Глава 26. Хороший друг матери
Наверное, я бы просто послала Елецкого или бы сказала ему много всего неприятно, если бы к нам не подошли наши родители. Поэтому я лишь мазнула по Игнату недобрым взглядом и отвернулась. А вот Костя этого не заметил и решил, что мы о чем-то болтали. После танца с мамой и нескольких бокалов вина он вообще находился в очень добродушном состоянии.
— Пообщались? — спросил он и улыбнулся мне. — Ярослава, этот пацан бывает заносчивым, но не обращай внимания.
Это напускное. Сердце у него доброе.
Костя положил руку на плечо сына, и тот едва заметно поморщился. Явно не считал, что его сердце доброе. Ему нравилось быть бэд боем.
— Я хочу, чтобы между вами царила взаимоподдержка. Понимаю, что сейчас вы чужие, но вскоре станете родственниками. Ты обретешь старшего брата, Яра. Хоть и сводного, но все же. Он будет тебя защищать. Правда, сын?
Игнат скривился, но ничего не ответил. Явно, что защищать меня этот засранец хотел меньше всего.
Я же усмехнулась. Старший брат — звучит забавно. Раньше я так сильно его хотела, а теперь… Теперь моя главная проблема — это его существование. Игнат явно не оставит меня в покое. Будет портить кровь, потому что ненавидит.
— Идемте есть десерт, — сказал нам Костя. — Он тут просто божественный.
Мы втроем вернулись к столу, за которым уже сидела мама. Мильфей со свежими ягодами оказался божественным, как и трюфельное мороженое, которое я попробовала у мамы.
