Запрети мне любить

Открываю глаза и смотрю в том же направлении, что и друг. В центре танцпола спиной к нам двигается девушка. Хороша… Я готов уйти сегодня с ней.

Каштаново-рыжие волосы до поясницы ровно подстрижены. Ноги… да это мечта любого мужика. Высокий каблук туфель лишь подчеркивает стройность, длину и красоту ног. За нашим столиком только мы с Кимой пока облизываемся. Остальные заняты. Я возвращаюсь к красотке и продолжаю изучать ее изгибы. Прямая спина, узкая талия, округлая форма ягодиц. Хочется увидеть размер груди и лицо, если там все так же великолепно, готов сделать ей заманчивое предложение.

"

"– Она так двигается, что я не могу встать из-за стола и подойти к ней, – ржет Кима, но совсем не весело. Он не единственный в этом зале, кто испытывает подобные трудности. – Тигр, мы в пролете. Смотри, сколько охотников, – я вижу, что танец завел мужиков, они окружили девушку кольцом и громко ей аплодируют. Что-то в жестах и движениях казалось знакомым, но я никак не мог уловить, словно важная мысль постоянно соскакивала с крючка.

Меня бесят голодные чужие взгляды на девушке, прежде чем я задумываюсь над этим, в голове что-то щелкает.

Машка…

Я поднимаюсь и направляюсь на танцпол. Кима ржет и желает удачи, он не понял, что это сестра нашего друга, а я не собираюсь его просвещать.

– Ты же говорил, что не хочешь танцевать, – обиженный голос Ники я игнорирую. Закрываю своей спиной обзор для друзей. Никто не должен ее узнать!

Глава 2

Маша

– Что с твоими волосами? – холодно цедит слова сквозь зубы Егор.

Я ждала подобной реакции, когда перекрашивала свои золотые локоны в рыжие. Яркий цвет бросался в глаза и отвлекал внимание от моего наряда. Надолго ли?.. – Какого?.. – вот и увидел. – В этом ты никуда не пойдешь. Быстро пошла и переоделась! – и этот взрыв был ожидаем. – Что происходит, Машка? – строго спрашивает он, но я знаю, что брат беспокоится.

– Все нормально, – отвечаю я Егору. Эта фраза стала топовой в моем лексиконе. Он единственный по-настоящему близкий и родной человек, не хочется с ним портить отношения, но на языке вертятся слова, которые я усилием воли сдерживаю в себе.

«Мне двадцать! Двадцать, Егор! Я могу сама решать, что надеть, с кем пойти на свидание! Почему вам все можно, а мне нет?»

– Ты же знаешь, что люди отца постоянно за нами следят и докладывают о каждом шаге, – попытался Егор сменить тактику.

– Сейчас все так одеваются. Я не хочу выглядеть белой вороной. Да и что такого в моем наряде? Шорты прикрывают все, даже если нагнуться.