Запретная девочка Тагира (СИ)

– Тагир, - вдруг зову я. Он не реагирует. Тогда я повторяю: - Тагир, ты.. ты отдашь меня ему?

Мне страшно услышать ответ. Но я знаю, что не позволю Самиру дотронуться до меня. Я уже знаю, что сделаю, если…

Тагир поднимает взгляд и смотрит на меня. Скользит по моему лицу. Он опять серьезен.

Придвигается ко мне и ладонью проводит по моей щеке. Берет за подбородок, большим пальцем надавливает на нижнюю губу. Смотрит на рот. А потом его рука спускается мне на шею. Чуть сжимает и надавливает. Заставляет меня лечь.

- Не отдам, - хрипит без тени улыбки и наклоняется.

Это похоже на наваждение. Порой мне кажется, гораздо проще отдать ее. Отпустить. Отдать Самиру. Или Алику. Кому она еще нужна? Пусть катится!

Но достаточно увидеть ее, встретиться глазами с ее взглядом, который я никак не могу прочитать. Что в нем? Испуг? Ненависть? Решимость? Столько всего.

И от этого я завожусь. И понимаю теперь, почему я следил за ней все эти годы. Отпугивал мудаков. И наблюдал, как она поправляет куртку или закручивает волосы.

Я просто хотел ее. И сейчас она моя.

Опять дрожит. Боится. Помнит еще тот первый раз. Но ведь сама виновата! Напросилась! Она должна слушаться. Должна.

Пальцами чуть сжимаю тонкую шею и Полина приоткрывает рот. Я чувствую, как сбивается дыхание и у нее вон грудь все чаще и чаще поднимается вверх.

- Не отдам, - шепчу я и наклоняюсь, чтобы впиться в нее.

Полина громко выдыхает в меня. Я терзаю ее губы. Ее вкус. Он окончательно сносит башку. Толкаюсь языком и обвожу ее язык.

- Не отдам, - скольжу губами по скулам, а потом по шее. Кончиком языка обрисовываю тонкую венку.

Приподнимаюсь и смотрю Полине в глаза. Она лежит и тоже смотрит на меня. Я расстегиваю пуговицы на блузке, она не останавливает меня. Распахиваю края и пальцами веду под лифчик. Тяну его вверх и накрываю ладонями упругие груди. Соски уже темными вишнями упираются мне в кожу.

- Хочешь? – спрашиваю я. – Может, хватит притворяться?

Я мну ее груди и наклоняюсь, чтобы шептать ей прямо в губы.

- Тебе же тоже нравится, Полина. Признайся хотя бы себе, - ухмыляюсь, замечая, как она пытается мотать головой. – А так? – хриплю я, кладя одну ладонь ей на джинсы между ног и надавливая.

Полина громко выдыхает и чуть выгибается.

- Давай, девочка, - шепчу я, расстегивая на ней джинсы и просовывая руку в трусики. Средним пальцем ныряю между складок – конечно, я прав. Мокрая уже. Я ухмыляюсь и смотрю ей в глаза.