Запретная девочка Тагира (СИ)

На улице я точно замерзну.

- Ты знаешь, что Тагир искал тебя? – строго спрашивает мужчина, ловко хватая меня за локоть.

- Пустите! Я кричать буду! – чуть не плачу. – Я ничего не знаю! Пустите меня!

Дергаю руку, но он, наоборот, крепче сжимает ее.

- Пошли, - говорит тоном, не терпящим возражений. И тянет меня вверх.

- Будешь кричать и я сам вызову полицию, - он останавливается и произносит это, щурясь.

Я прикусываю губу. Полицию я точно не хочу видеть.

- Не бойся, - говорит мужчина. – Ничего я тебе не сделаю.

Смотрит на меня так, что я киваю. Не могу ему врать.

Он усмехается и ведет меня к двери. Быстро открывает ее и толкает меня внутрь.

А я чувствую, как последние силы оставляют меня. У меня больше нет сил сопротивляться, бороться и даже кричать.

- Не могу больше, - закрываю лицо руками и сажусь на пол прямо в коридоре квартиры.

Дверь захлопывается.

- Вставай, пошли на кухню, - мужчина сам помогает мне встать и ведет куда-то.

Сажает и сам отходит к столу.

- Есть будешь? – спрашивает, не оборачиваясь.

А я даже и не знаю, хочу ли я есть. Поэтому так и отвечаю:

- Ясно. Ничего особенного нет. Вот, - и он ставит передо мной тарелку с бутербродами. – Сейчас чай будет.

Сам садится напротив.

Я перевожу взгляд на бутерброды и понимаю, что не помню, когда у меня во рту было хоть что-то. В последний раз, наверное, в больнице. Поэтому хватаю то, что мне предложили, и начинаю жадно есть.

- Мда, - усмехается мужчина. – Ты хоть помнишь меня?

Мотаю головой с набитым ртом.

- Олег меня зовут. Тагир привозил тебя ко мне, когда кто-то траванул тебя. Ну, неудивительно, что не помнишь. Выворачивала тебя тогда знатно.

Я сглатываю, вспоминая тот вечер, и кладу остатки бутерброда обратно.

- Спасибо, - отвожу взгляд.

- Да, брось, - машет Олег. – Дело обычное. Я и не такое видел. Суть в другом. Ты куда пропала-то? Тагир искал тебя. Так упорно искал. А ты, вон, у батареи сидишь.

- Ладно, не хочешь – не рассказывай.

- А где Тагир? – спрашиваю я. Он-то должен знать. Олег этот. Раз они такие друзья. А еще мне покоя не дает то, что я слышала от моих похитителей и как они обсуждали какого-то Тагира.

- Тагир? – мужчина хмурится. – В СИЗО.

Я громко выдыхаю. Значит, они все же про него говорили.

- За что? – вырывается у меня.

- Этого я не знаю. У него там свои дела. Он не любитель рассказывать.