Запретная девочка Тагира (СИ)

Тагир резко поднимает на меня взгляд. Смотрит исподлобья.

- Нет, - произносит жестко.

И я не выдерживаю. Меня и так надолго хватило.

У меня начинается истерика. То, что я держала внутри все это время, сейчас прорезает тишину комнаты.

- Отпусти! – кричу я. – Я не хочу! Что тебе еще нужно? Я не могу так! Не могу! Я не хочу жить! Дай мне уйти!

Он молча наблюдает за мной. Ни один мускул не шевельнется на каменном лице. Без единой эмоции.

- Ты останешься здесь, - говорит твердым голосом, когда я замолкаю, чтобы набраться воздуха.

На этом слове я всхлипываю. Но Тагир невозмутим, он как будто не замечает этого.

- Ты должна помочь найти тех, кто выкрал тебя, - продолжает он. – Это нужно и тебе, и мне.

- Полина, - говорит уже мягче, - посмотри на меня.

Но я не могу поднять взгляда. Не могу. Так и смотрю вниз.

- Полина! – уже громче произносит он и наши взгляды встречаются. – То, что произошло вчера, - замолкает. Вижу, как ходят желваки у него на скулах.

Ошибкой… Как легко он это произносит. Для него я очередная давалка. Для него это было всего лишь ошибкой.

Я опять зажмуриваюсь и отворачиваюсь.

- А сейчас одевайся, - говорит Тагир и я удивленно смотрю на него. Мотаю головой. Я не хочу никуда! Не хочу выходить отсюда! – Одевайся, Полина. Тебе привезли вещи.

И я только сейчас замечаю бумажный пакет рядом с креслом. Тагир берет его и выставляет вперед.

- Одевайся. Поедем на кладбище.

Он выходит и закрывает за собой дверь.

Из вещей у меня ничего нет. То, что было на мне, порвано. Хорошо, что тряпки остались в ванной. Не хочу их видеть. Сползаю с кровати и иду к пакету, прижимая к себе одеяло. С опаской оглядываюсь на дверь. Но Тагир не заходит. Хотя я понимаю, что он ждет меня.

Быстро одеваюсь. Вещи с бирками, видимо, только что купили.

Раздается стук в дверь. Не успеваю ответить, Тагир заходит в комнату, осматривает меня.

- Поехали, - кидает мне и разворачивается.

В машине мы едем молча. Тагир сказал, что мы едем на кладбище.

У меня не проходит дрожь. Смотрю на пальцы, а они белые. И трясутся. А еще они ледяные. Такие ледяные, что, когда я дотрагиваюсь ими до щеки, то вздрагиваю.

Тагир паркуется у входа на кладбище. Выходит сам и подает мне руку. Но я не отвечаю. Опустив взгляд, сама выхожу из машины. Слышу лишь усмешку.

Молча мы идем вдоль аллеи. Я стараюсь не смотреть по сторонам.