Запретная нота

Если бы он хотел нашей смерти, он бы не сделал этого сам.

И мне чёртовски грустно от того, что я точно знаю, что отец убил бы нас, если бы ему нужно было убрать нас с дороги.

Машина издаёт странный звук, когда мы съезжаем с дороги и подпрыгиваем на глубоких выбоинах. Я хватаюсь за ручку над окном, пытаясь удержаться на месте.

Папа выглядит невозмутимым.

— Вы с Финном съехали из дома. Вы сначала обсудили это с Мариан?

Я смотрю в окно. Если бы я не съехал, Мариан сама бы меня выгнала. Мы ещё не разговаривали, но у меня такое чувство, что она не хочет видеть меня рядом с Грейс.

— Она была бы в смятении, если бы не хорошие новости.

Я поворачиваю голову.

— Какие хорошие новости?

— Вчера Грейс ходила на свидание. Она сказала маме, что хорошо провела время и планирует встретиться с ним снова.

Сжимаю пальцы в кулаки. Папа может лгать, но, судя по самодовольной ухмылке, скривившей его губы, я не думаю, что он лжет.

Волосы на моём затылке встают дыбом. Зачем Грейс рассказывать матери, что она встречается с этим парнем? Что, чёрт возьми, происходит?

Я хочу немедленно достать телефон и написать ей сообщение, но отец следит за каждым моим движением.

Машина останавливается.

Она стоит прямо возле скалы, где я поцеловал Грейс той ночью.

Место не упускается из виду. Я вижу красную глину, большие камни и опасный обрыв, который не ведёт никуда, кроме воздуха, а затем скалистой гибели. При свете это место выглядит ещё более пустынным и угрожающим.

Папа ничего не делает без скрытых мотивов.

Эта поездка на машине.

Жуткая тактика запугивания.

Все тщательно продумано.

Словно отрепетировав это, папины головорезы вылезают из машины. Двери захлопываются, и на нас наваливается тяжёлая тишина.

Что-то хрустит, усиливая напряжение.

Я вижу, как отец перекладывает какой-то предмет с левого бока на правый. Это коричневый конверт.

Моя неповрежденная рука остаётся неподвижной на коленях.

— Давай. — Отец протягивает конверт. — Открой его.

Я бросаю на него взгляд.

Отец поднимает конверт и пихает его в мою сторону, настаивая, не говоря ни слова.

Кладу его на колени и правой рукой отклеиваю вкладку. Глаза отца не отрываются от меня, как будто он чего-то ждёт.

Как только переворачиваю конверт, из него вылетает куча фотографий.

По моей коже начинают бегать мурашки.

Это я и Грейс на танцах. Качество снимков зернистое, и тот, кто их делал, скорее всего, снимал через стеклянное окно в двери, но это точно Грейс.

Мои губы на её шее, а она страстно хватает меня за волосы.