Запретная. Не остановить

Гордей стоит, сжав руки в кулаки и смотрит на меня.

— Уходи, это женская душевая, — бормочу я, сама же понимая, как фальшиво звучит моя просьба.

Я не хочу, совершенно не хочу, чтобы он уходил. Несмотря на признание Рады, несмотря ни на что.

— Не знаю, кто и что тебе наболтал, но я не спал с другой, — говорит Гордей и делает шаг ко мне.

Я молчу.

Он делает еще один шаг, а потом еще.

Пока не подходит совсем и не зажимает меня между пластиковой стенкой кабинки и своим телом.

— Гордей, — вскрикиваю я и вцепляюсь в его плечи, не понимая, что хочу сделать.

Боюсь и одновременно хочу. Так сильно его хочу. От желания у меня сводит все внутри и сильно темнеет в глазах. Дышу, конечно, тоже через раз. Рвано и порывисто.

Не понимала раньше, как можно так сильно, почти до боли, желать чьей-то близости. Так сходить с ума и жаждать уверенных и горячих мужских объятий. Его объятий и ничьих других.

Вода стекает по лицу, забирается под пеньюар, а я только и жду, что он сделает дальше.

Сейчас я сама хочу большего, но он всего лишь прислоняется щекой к моей щеке.

— Время идет, а ты все не меняешься, Бельчонок, — произносит тихо.

Еле ощутимо скользит губами по моей скуле.

— Я… изменилась.

— Слушаешь всех подряд и никак не можешь определиться.

Его слова попадают в цель, внутренности скручивает. Мне очень хочется ему возразить, убедить, что это уже не так.

— Гордей…

Он перестает целовать и теперь ведет по моим скулам пальцами.

Я прикрываю глаза.

— Я не спал ни с кем с момента нашего соглашения. Хочу трахать тебя. На других мне наплевать.

Открываю глаза и впиваюсь в него взглядом. Он не отводит глаз и тоже смотрит на меня. Равнодушие в его глазах уступает место жаркому, неприкрытому желанию.

— Поцелуй меня, пожалуйста, — вырывается у меня помимо воли, но Гордей отчего-то медлит и не спешит выполнять.

— Почему нет?

— Это слишком личное, извини.

— Но… мне так хочется нежности от тебя. Такой, как раньше, — рвано выдыхаю я.

— Как раньше? Как раньше уже не будет, я тебя предупреждал.

Пока он говорит, в его глазах проскальзывает что-то такое… что-то…

Черт, я не успеваю рассмотреть.