Запретные чувства (СИ)

Не знаю, что он имел в виду: быть со мной сейчас в этом буфете или быть рядом всю жизнь. Такие признания ставят меня в тупик, поэтому я смущаюсь и вновь утыкаюсь в экран ноутбука.

—Доклад по испанскому. Я потратила на него сегодня всю ночь, поэтому и проспала, — я тянусь к зеркальцу в сумке и смотрю на свое отражение, поправляя непослушные волосы. — Даже уложиться сегодня не успела.

—Правда? По-моему ты выглядишь, как всегда, шикарно, — Кирилл продолжает сканировать меня и улыбаться. — Разве ты не сдавала этот доклад на прошлой неделе?

Я глубоко вдыхаю воздух, пытаясь успокоится и сформулировать мысль.

Подношу руку к лицу, и он нервов начинаю тереть переносицу, полностью забыв про макияж.

—Тимур Богданович заставил меня его переделать. И мне кажется, что он… как бы правильно выразиться…пытается развести меня на секс.

Кирилл сводит светлые брови к переносице и поднимает голову. Его тело моментально напрягается и он с силой сжимает кулаки.

—Что ты имеешь в виду?

—Он позвал меня сегодня поздно вечером после пар обсудить мой доклад.

Причем, кидал неуместные пошлые фразочки. Ситуация отвратительная. Не знаю, что делать.

—Мерзкий тип. Я говорил тебе, что он тот еще подонок, но ты мне не верила, Мелисса. Я пойду с тобой и поговорю с ним. Если надо будет, набью морду этому уроду.

Я оборачиваюсь и смотрю на блондина. Руки Кирилла сцеплены в замок и покоятся на столе. Взгляд нахмурен и мечется по моему лицу. Кирилл — замечательный. Он мне так идеально подходит, мы даже внешне очень похожи.

И еще одни огромный плюс: он безумно влюблен в меня и готов положить весь мир к моим ногам.

—Спасибо. Я и вправду его боюсь.

Как только мы входим в восточное крыло здания, мною сразу овладевает немой и липкий страх. Я с силой сжимаю ручку сумки, стараясь унять свое бешеное сердцебиение. Колени начинают подрагивать, а в голове череде нескончаемых мыслей, от которых становится еще неуютнее. Вдруг Кирилл ничего не сможет сделать и Тимур Богданович возьмет свое? В голове глухим эхом отдается стук моих каблуков по полу, превращаясь в пульсирующую мигрень.

Кирилл молчит и слишком сосредоточен. Его губы сомкнуты в одну тонкую линию, на лице злость и негодование. Его руки, плотно сложенные в кулаки, покоятся в карманах. Хоть он и идет своей привычной легкой походкой, уж я то знаю, что шаги его стали тяжелее и медленнее. Он переживает не меньше меня. Тут Кирилл замечает, что я смотрю на него, и берет меня за руку.