Запретный остров

Еще недавно полная, а теперь изрядно поредевшая, вся их команда кладоискателей, отсюда когда-то вышла к вулканической пещере. Рой вспомнил то счастливое мгновение и радостные лица почивших Нормана с Дэвидом.

«Теперь уже поздно пытаться что-либо изменить», — такими мыслями он попытался себя успокоить, но это все равно ему не помогло справиться с накатившим разочарованием.

Если бы они все только знали, чем все это закончится.

«Так вот значит, каково чувствовать потерю лучшего друга?» — неожиданно, для себя самого, Рой осознал подобное горестное чувство.

Нет, он не винил себя в гибели людей, оставшихся на веке в пещере. Его вины в этом и не было. Он никого не заставлял и не принуждал туда входить. Он, как и все прочие, был просто участником вышедшей из-под контроля экспедиции.

— Владимир, ты идешь или решил остаться? — Обернувшись, Рой увидел русского возле транспортерной ленты, именно поэтому и задал такой вопрос. Владимир что-то выковыривал из массивного вулканического булыжника.

— Да, иду! Подождите секунду, я почти извлек редкий черный вид алмаза. — Справившись с задачей, он поспешил к соратникам и продемонстрировал им, сплошь черный, глянцевый камень.

— Да это же обсидиан! — усмехнулся Оливер.

— Отличная находка, Владимир. — Рой дружески похлопал ладонью по плечу русского. — А теперь нам нужно отправляться в путь.

Все они, следуя по прорубленной тропинке, пошли за Моррисоном. Владимир, не глядя под ноги, покрутил в руке находку. Повнимательнее присмотревшись к сомнительному глянцу, он понял, что ошибся и, размахнувшись, забросил обсидиан в ближайшие кусты.

— Зачем ты его выбросил? — озадачился Оливер. — Можно было бы оставить на память. Настоящее вулканическое стекло! Ты знаешь, что в древности из обсидиана делали зеркала?

— Знаешь, мне как-то все равно! — фыркнул Владимир. Он очень огорчился, что такой внушительный кусок камня не оказался настолько драгоценным, как алмаз.

Кладоискатели уже глубоко погрузились в зелень тропических джунглей, но это не помешало им услышать дикий паучий писклявый вопль, донесшийся до них из темноты пещерного входа.

Вряд ли паук выйдет из пещеры, пока не зашло солнце.