Запретный остров

Элизабет перевела взгляд от мужчины, изливающего душу, в сторону раскинувшегося, погруженного в непроглядную темноту, тропического леса.

— Он, наверняка, был бы очень рад такой легкой победе, — ровным тоном сказала она.

Владимир скупо улыбнулся ее словам, а затем, расстегнув замочную молнию нагрудного кармана, живо забарахтал пальцами в его скрытых недрах. Мгновение спустя он достал из него изысканно украшенный футляр. Щелкнув не хитрой застежкой, мужчина открыл декоративную, с металлическими краями, пластиковую коробченку и извлек из нее, должно быть очень дорогую, цельную сигару с прилагающейся коллекционной зажигалкой.

Жадно откусив запечатанный конец сигары (каттера у него при себе не нашлось), и, отплевавшись от попавшего в рот табака, он вставил ее в рот, затем звякнул хромированной крышкой своего огнива и, чиркнув колесиком о кремень, сосредоточенно прикурился.

Воздух вблизи русского, дымящего своей сигарой, заполнился пряным ароматом дорогого табака.

Когда сигара полноценно затлела, он набрал полный рот табачного дыма, а затем, в блаженстве закрыв глаза, медленно его выдул.

— Пришло время скурить последнюю сигару, — Шаблонно проговорил Владимир, тем самым указывая на безвыходность ситуации.

— Что-то ты поторопился, — сказала Элизабет.

— Потом может быть уже поздно. — Владимир посмотрел на красно-желтую шапочку своей сигары. — Для полного удовольствия не хватает только крепкого кофе, а лучше стаканчик виски со льдом. — Владимир выдул очередную порцию дыма. — Знаете, между прочим, курение сигар, из-за иного подхода к курению, не так опасно, как например курение обычных сигарет.

— Но, несмотря на это, подобный вид употребления никотина, тоже не назовешь полностью безопасным. — Элизабет помахала перед лицом рукой и, поморщившись от запаха табачного дыма, немного отдалилась от Владимира.

— Ради удовольствия, порой приходится идти на некоторые жертвы!

Элизабет ничего на это не ответила.

Моррисон перевел взгляд с девушки на расслабившегося курильщика.

— Я почему-то считал, что ты не куришь.

— Это и не назовешь курением, так — баловство, да и только. Но и от этой забавы становится немного легче в стрессовой ситуации. — На лице русского прорисовалась заметная умиротворенность.

— Все равно это вредно, — фыркнула Элизабет. — И как же теперь воспринимать твои недавние слова о здоровом образе жизни? Как пустой звук?

— Что теперь об этом. — ответил Владимир, почувствовав слабость в ногах.

Немного отойдя от воды, он уселся на сухой песок.