Запретный остров

Через несколько метров виднелся очередной перекресток, он ничем особенным не отличался от других таких же. Как это обычно бывает, несколько абсолютно одинаковых проходов исходили из куполообразного расширения, когда-то давно созданного залежавшейся в этом месте кипящей, а после извергнувшейся лавой. И когда они подошли поближе, то смогли убедиться в полнейшей идентичности этого перекрестка с уже ранее пройденными.

— Думаю, мы тут проходили, когда погружались в пещеру, — оглядывая куполообразное пространство, сказала девушка.

Владимир, поочередно, несколько минут всматриваясь в каждый тоннель, пытался вспомнить из какого они вышли, когда погружались в пещеру. Это имело бы смысл, если бы они еще прежде не допустили ошибку в правильном выборе пути. И с каждой пройденной секундой подобное ему казалось весьма вероятным событием. В пещерах очень легко заблудиться. Лишь стоит один раз допустить ошибку — тогда пиши пропало.

— Ненавижу! — неожиданно выкрикнул Норман. — Чертов лабиринт. Все это, мне что-то очень напоминает: я чувствую себя подопытной крысой. Эти невзрачные перекрестки, все как один, похожи друг на друга. Мы никогда не найдем отсюда выход. Владимир, я тебя ненавижу, это ты во всем виноват!

Русский не придал никакого значения словам Грина, казалось, он уже давно привык к подобному с его стороны.

Было непонятно, с какого именно тоннеля внезапно прозвучал агрессивный мерзкий писк. Казалось, множество отвратительных, неведомых человеку тварей, единовременно издали неистовый пугающий вопль.

На спине Нормана выступили пупырчатые мурашки.

Следующие несколько секунд тянулись невыносимо долго, в тишине, наполненной ужасом.

Грин перевел дыхание, но его облегчение продолжалось недолго, потому что за предыдущим многоголосым воплем, раздался еще один, гораздо громче и намного ближе предшествовавшего.

Все присутствующие, с выпученными в ужасе глазами, оглядываясь по сторонам, завертелись на месте — вокруг своей оси.

А еще после, когда затихло эхо прозвучавшего писка, запаниковавшие кладоискатели испытали очередное потрясение. Эхо писклявого вопля больше не донеслось до их ушей. Теперь звуковые колебания были совсем иного характера.

Казалось, вибрация в повисшем воздухе перемещалась вместе с пока что еще невидимым врагом. Небольшие разноразмерные сталактиты обрушивались с потолка куполообразного пещерного преобразования.