Запутанная игра

Она вытаскивает пальцы и снимает перчатку, после чего начинает стремительно двигаться. Она срывает с меня пальто и отбрасывает его в сторону, оставляя меня стоять посреди комнаты в одной комбинации. Ее руки скользят к моим волосам, распушая их и заправляя пряди за уши.

– Вот основные правила, – коротко говорит Жизель, продолжая хлопотать. – Ты будешь делать все, что захочет твой клиент. Что бы это ни было. Если хочешь, чтобы тебе заплатили, придется делать все. В конце вечера, если не поступит никаких жалоб, ты получишь свои деньги.

– Да, – шепчу я, кивая.

Она отступает на шаг, окидывая меня последним взглядом. Кажется, она все равно недовольна, поэтому качает головой.

– Надеюсь, этого будет достаточно. Пойдем со мной.

Я хватаю пальто, после чего Жизель уводит меня в комнату в задней части здания, и, клянусь, с каждым шагом мои ноги дрожат все сильнее. Наконец, она останавливается перед дверью, открывает ее и практически вталкивает меня внутрь. Она больше ничего не говорит, просто уходит, закрывая за собой дверь.

Мой взгляд мечется по сторонам, пульс учащается, но потом я понимаю, что одна. Клиента еще нет.

Не знаю уж, чего я ожидала, но учитывая название – «Розовый сад», – я думала, комнаты будут получше. Здесь почти ничего нет, только кровать и прикроватный столик с лампой, но, думаю, для того, что здесь сейчас произойдет большего и не нужно.

Я засовываю пальто под кровать, затем немного прохаживаюсь по комнате, не в силах усидеть на месте, так как тело пульсирует от адреналина и тревоги.

Он замечает меня, сидящую на кровати, и подходит, чтобы рассмотреть получше, проделывая те же манипуляции, что и Жизель до этого. Когда его внимание привлекают мои шрамы, я вижу, как губы мужчины кривятся в усмешке.

– Где получила? – спрашивает он, и его голос звучит глубоко и с сильным, кажется, русским акцентом, что объясняет некоторые вещи.

От этого вопроса у меня внутри все переворачивается, а во рту внезапно пересыхает. Говорить о своих шрамах с этим ужасающим мужчиной почему-то кажется еще худшим вариантом, нежели заниматься с ним сексом, и даже если бы я хотела сказать, у меня не получилось бы, так как я утратила дар речи. Поэтому я просто не отвечаю.

Он прищуривается из-за моего молчания и наклоняется.