Запутанная игра

Мэлис недовольно хмыкает, не отрывая взгляда от работы, и я изо всех сил стараюсь не ерзать.

– Извини, – выдыхаю я, и это уже звучит как мольба.

Рэнсом медленно водит кругами по клитору, и чем больше он прикасается ко мне, тем влажнее я становлюсь. Удовольствие нарастает одновременно с болью – очень любопытное сочетание. Оба по-своему жгучие, и слишком сильные, чтобы их игнорировать. Пальцы Рэнсома играют на мне, словно на скрипке, или будто я – деталь машины, в которой он так хорошо разбирается. Он продолжает поглаживать меня, надавливая на клитор и чередуя быстрые движения с медленными, которые сводят меня с ума.

Боль и удовольствие смешиваются, размывая границы до тех пор, пока я больше не могу их различать. То, что делает Рэнсом, и боль, которую причиняет Мэлис своим татуировочным пистолетом, гонгом отдаются у меня в голове, и я ловлю себя на том, что тихо постанываю, раздвигая ноги шире.

Кажется, будто каждая частичка меня в этот момент жива. Прошло так много времени с тех пор, как я чувствовала себя подобным образом.

Виктор смотрит на меня. Я понимаю, что он наблюдает с присущей ему тщательностью. Он видит все, документирует для последующего использования, и мне интересно, сохранит ли он в памяти это мгновение? Воспроизведет ли позже в своей голове?

Наверное, зрелище захватывающее. Я обнажена до пояса, сиськи выставлены на всеобщее обозрение. Мэлис стоит на коленях между моих раздвинутых ног и делает мне татуировку, а рука Рэнсома непристойно засунута мне в штаны.

Ловкие пальцы Рэнсома продолжают ласкать меня, и я едва подавляю дрожь, когда острая волна удовольствия пронзает меня насквозь. Я прерывисто дышу и тихо всхлипываю, по мере того как приближаюсь к пику.

Я пытаюсь оставаться неподвижной, пытаюсь не дергаться и не вздрагивать от того, что делает со мной Рэнсом, но это оказывается слишком сложно. Бедра приподнимаются, и Мэлис на секунду отводит пистолет от моей кожи, чтобы посмотреть на нас обоих.

– Ты заставляешь ее слишком много ерзать, – говорит он. – Я почти закончил.

– Мне так жаль, – отвечает Рэнсом, но нет, ему не жаль.

– Я помогу. – Вик поднимается со своего места, подходит к нам и садится на диван с другой стороны от меня.

У меня перехватывает дыхание, когда он кладет на меня руки. Одной неожиданно сильно сжимает мое бедро, а другой стискивает плечо, прижимая мою спину к спинке дивана.