Запутанная игра

Я поддаюсь, впуская его внутрь, – мне одинаково больно и хорошо. Боль и удовольствие сливаются воедино, пронзая меня насквозь и затрудняя дыхание.

Я открываю рот, но не издаю ни звука. Все, что я могу делать, это пялиться на Мэлиса, пытаясь вспомнить, как набирать кислород в легкие, пока он двигает бедрами, грубо и напряженно, не унимаясь ни на секунду. Толкается жестко и глубоко, как только может.

Его лицо – маска дикой силы, челюсти стиснуты, губы сжаты так сильно, что почти побелели.

Этого я от него и хотела.

Об этом мечтала, думала, но не могла признаться себе, что желаю подобных вещей. С того самого момента, как он впервые коснулся меня. Особенно после того, что мы разделили в темной коморке гаража, когда он сказал мне, что непременно уничтожит меня, если я ему позволю.

Он не лгал. Если бы я уже не лишилась девственности с Рэнсомом, если бы не была такой влажной после этого, то Мэлис, скорее всего, действительно сломал бы меня.

Даже сейчас я почти ломаюсь. Не знаю, смогу ли вынести это.

Тело Мэлиса прижимается к моему, и я чувствую, как его яйца ударяются о мою чувствительную плоть каждый раз, когда он входит в меня.

Пальцы обхватывают мои бедра, оставляя следы на тех местах, где Рэнсом уже оставил свои. Завтра у меня все будет чертовски болеть, но меня это не волнует. Я лежу и схожу с ума от удовольствия, разрываемая на части карающими толчками Мэлиса.

– Какая ты, – хрипло рычит он, глядя на меня сверху вниз. Зрачки его серых глаз огромные и темные. – Только посмотри, как ты принимаешь мой член.

Идеально. Этого ты хотела, м-м? Тебе было это нужно.

Я киваю, открывая рот, чтобы что-то сказать в ответ, но у меня не выходит ни одного связного слова. Не сейчас, когда я едва могу дышать.

Такое чувство, будто его член заполняет каждую частичку меня. Словно, если бы он вошел в меня достаточно сильно, достаточно глубоко, я бы почувствовала его везде. Я медленно схожу с ума, и любая мысль, касающаяся чего-то, кроме него, проносится мимо меня.

Я даже не могу сосредоточиться на том, что чувствуют Рэнсом и Виктор, наблюдающие за нами, поскольку моя голова слишком переполнена.

Или пуста. Черт его знает.

Я чувствую себя измотанной, но под всем этим скрывается жгучее наслаждение. И, похоже, Мэлис тоже близок к завершению, потому что его толчки замедляются, становясь еще глубже.

– Я хочу, чтобы ты кончила, – рычит он. – Кончила на мой член.

Я качаю головой – не думаю, что смогу. Удовольствие есть, но я чувствую себя такой измученной.