Защитник для Феи или Не нужно помнить обо мне (СИ)

  Фея упрямо вздернула подбородок, подошла к столу отца, порылась в ящиках, вынула еще один пистолет, две обоймы. Подошла к отцу. Отобрала пистолет из его рук.

  -Пап, - уже спокойнее и тише сказала моя девочка отцу, - Я люблю его. И про ребенка я не шутила.

  Увидел, как глаза Климова удивленно округлились и в них явственно читалась жажда крови. Моей. Красота, да и только!

  Не дожидаясь ответа, Фея гордо прошествовала к двери и вышла из кабинета.

  Ощутимый удар в челюсть заставил мое тело свалиться на пол.

  -Женишься через месяц, - скомандовал Роман Сергеевич.

  -Нет, - твердо произнес я. Тот размял кисть, хрустнул костяшками пальцев.

  -Через две недели, - продолжил я, и с улыбкой на разбитых губах добавил, - Спасибо за благословение.

  -Жить до свадьбы она будет дома, и даже не думай, что я пущу тебя к ней в комнату до регистрации, - с угрозой в голосе сказал он.

  Промолчал. Это уж мне судить. Никакие стены не удержат меня от моей колдуньи.

  Я встал с пола. Следующий вопрос Климова заставил насторожиться.

  -Думаешь, ты подходишь ей? - спокойно спросил Роман Сергеевич, - Что ты можешь дать ей?

  - Себя, - твердо произнес я, - Я никогда ее не обижу. И дам ей все, что она только пожелает. Она ни в чем не будет нуждаться со мной.

  -Жить будете на зарплату охранника? - насмешливо поинтересовался Климов.

  -Нет, я только что уволился, - спокойно ответил я, глядя на Климова в упор.

  Роман Сергеевич кивнул.

  -Будешь моим управляющим, - голосом, не терпящим возражений, сказал он.

  Взяв в руку стакан, осушил его одним глотком. Алкоголь обжег горло и ссадину на губах.

  -Вынужден отказаться, - спокойно произнес я, ставя пустой стакан на стол, - Благодарю, но нет. У меня свое дело.

  Климов опустился в кресло. Кивнул, разрешая присесть и мне.

  -Можешь звать меня Климом, - вдруг произнес он.

  -А может быть лучше папой? - стараясь не поддаться приступу веселья, поинтересовался я.

  - Через две недели, - уже не так враждебно проворчал хозяин кабинета и всего семейства. Несколько минут мы провели в полной тишине. Не было никакого напряжения в воздухе. Только спокойствие. После нашего разговора я почему-то почувствовал себя так, как будто пообщался со своим отцом.