Защитник Империи

— И личину нацепи, — добавил я, покосившись на открывшего глаза и тут же позеленевшего, как лягушка, Героя.

Он меня не услышал. Глаза вытаращил и вперед рванул, упорно не желая смотреть под ноги. Так и брел до второй двери, расталкивая ногами куски мертвечины и вздрагивая при этом всем телом.

Но так или иначе, а до двери Джек добрался, выдюжил, хотя имелись в том немалые сомнения… Судя по его ставшему мертвенно-бледным лицу, он вполне может прямо здесь в обморок хлопнуться.

Попал в переплет, бедолага… Как он еще держится?.

. Я-то малость привычный к виду мертвяков, да и расчлененные трупы мне доводилось пару раз видать… Но то, что здесь творится… это даже для меня перебор. В самом деле дурно становится при виде такого зрелища.

— Я открываю, — трагическим шепотом предупредил нас Джек. И нерешительно замер у двери, не спеша ее распахивать, явно опасаясь обнаружить за ней еще большую кучу людских останков.

— Давай-давай, — торопливо подбодрил Пройдоха.

А я ничего не сказал. Просто была опасность, что стошнит, едва открою рот.

Утвердительно кивнув, покрепче ухватил стреломет.

Но первую атаку мы все же прозевали. Едва Герой приоткрыл дверь, как из тьмы на него выметнулась стремительная тень.

Мы и глазом моргнуть не успели, не то что выстрелить, как Джек полетел на пол вместе с вцепившимся в него упырем. Чуть ли не до порога докатились, сметя по пути все людские останки в одну жуткую кучу.

Следом за первым упырем в сени ворвались и остальные твари. Не выдержали, наверное, очень уж жрать хотели.

Иначе не объяснить, что заставило их вылезти на свет, коего в достатке проникало через разбитую дверь.

Впрочем, сразу стало не до размышлений. Первого бросившегося на меня упыря я очень удачно встретил выстрелом из стреломета. Да, в спешке мазанул чуток, попав не в голову, а в шею чуть пониже челюсти, но все равно удачно. Башку-то упырю, считай, оторвало.

Со вторым посложнее пришлось. Шустрый, гад… Собрат его еще не упал, а он уже вцепился в мой стреломет. Сообразил, видать, что из этой штуковины и ему сейчас в гнусную харю неслабо прилетит, и вырвал из моих рук оружие, не дав его перезарядить.

Я не растерялся: бросил стреломет и за фальшионом тянуться не стал. Вместо этого хватанул упыря за шею левой рукой и притянул к себе, будто собираясь обнять. Тот, возрадовавшись услужливости жертвы, враз потерял интерес к стреломету, бросил его и попытался вцепиться мне в шею. В этот же миг я хладнокровно пробил ему висок шипом на правом наруче. Просто и элегантно.