Защитник Империи

Вроде обошлось. И с близняшками, которые в момент утратили всю свою привлекательность в плане близкого общения, разобрался, и образ Кейтлин не успел так сильно зацепить меня, чтобы стать навязчивой манией.

Для закрепления успеха я решил не пересекаться вечером за совместной трапезой с Мелиндой-Белиндой и отправился в зал таверны поужинать заблаговременно. Вернувшись же к себе, просто-напросто завалился спать.

Зато отдохнул нормально. А оттого и к ранней побудке отнесся спокойно, без мысленных ругательств в адрес командира, поднимающего бедных подчиненных ни свет ни заря.

Одно только угнетало — предстоящая за завтраком встреча с сестрами Вотс.

Но зря я опасался какой-нибудь пакости с их стороны. Не стали они потакать низменным чувствам и опускаться до мести. Или просто не придумали еще, как поквитаться со столь гнусным обманщиком, решив, что забросить его в небеса с помощью воздушной катапульты — это слишком легкое наказание.

Близняшки даже ничего не сказали, лишь негодующе засопели, завидев своего обидчика. А Большой, покосившись на них, украдкой пригрозил мне кулаком, явно намекая на свое обещание начистить рыло гаду, обижающему девчонок.

Завтрак не ужин — быстро закончился. Стало не до близняшек. На полигоне особо не помечтаешь, когда так гоняют. Командир-то за нас всерьез взялся! То, что было до первого выхода, — это так, разминка, не более того. Теперь же ни мгновения передышки.

Упражнения, упражнения и еще раз упражнения. Весь день напролет.

— Если так дальше пойдет, то тут мы и сдохнем! — дыша, как загнанный конь, сказал я Большому, завершая невесть какой по счету заход на полосу препятствий.

— Не боись, выдюжим, — уверил он меня, отдуваясь и стирая со лба пот, стекающий ручьями.

— Сейчас-то да, — согласился я и высказал возникшие закономерные опасения: — Но что будет, когда вновь придется упырей гонять? Сил же не останется и меч поднять!

— Так сейчас не наша очередь, — лаконично просветил меня Герт.

 — Если вдруг случится что, то восьмерка отправится с темными тварями разбираться. Можем мы, значит, позволить себе позаниматься в полную силу.

— Ясно, — вздохнул я, ничуть не обрадованный этим на самом деле замечательным известием. Век бы этих упырей поганых не видеть! И если восьмое подразделение добьет последних, я нисколько не обижусь.