Заставь меня любить

 — Значит, так, Есения. У тебя два варианта. Либо ты за несколько дней завершаешь все свои дела и возвращаешься обратно, либо… — Дима замолкает, и от этой тишины мне становится страшно.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Либо? — мой голос дрожит.

— Думаю, ты сделаешь верный выбор, и второй вариант озвучивать не придется.

— Меня ждет огромная неустойка, — возражаю я.

— Неустойка важнее семьи? Дочери? — в голосе слышатся нотки раздражения.

— Дочери? На что ты намекаешь? — по слогам произношу я.

Не верю своим ушам.

— Ни на что, Есения. Ты должна понять, что для тебя на самом деле важно. Выбор за тобой, — нагло усмехается он, и я вдруг отчетливо понимаю, что совсем не знаю своего мужа. Все эти годы он прятал истинное лицо под маской.

— Хорошо, Дим, я тебя поняла, — собираю всю свою волю в кулак и продолжаю. — Я что-нибудь придумаю.

— Давай без глупостей. Мне нужна ты и дочь, — в его голосе слышится решительность. — И я ни за что не откажусь от своей семьи.

Извини, если был несколько резок, пойми меня правильно. Но навряд ли ты поняла бы всю серьезность ситуации, скажи я по-другому. Беркутов снова оказывается в твоей жизни…

— Это случайность, Дима, — раздраженно произношу я. — Откуда ты узнал? Про прошлое.

— Есения, это не столь важно, — в голосе мужа слышится знакомая мягкость, и мне становится не по себе от того, насколько я была слепа. — Важно не разрушить то, что за столько лет мы успели выстроить. Ладно, я спать. Хорошего дня тебе.

Люблю и скучаю.

— Спокойной ночи, — отвечаю я и сбрасываю вызов, четко осознавая, что вся моя жизнь, которая казалась почти идеальной до этой поездки, в один миг рушится как карточный домик.

Я хватаюсь руками за голову, судорожно соображая, что же делать. Возможности вернуться в Канаду пока нет, потому как придется платить согласно договору огромную неустойку. И мой уровень ответственности порой чересчур зашкаливает, когда дело касается работы. Но, разумеется, не когда моя дочь находится в опасности.

А судя по разговору с моим мужем это так и есть. Оставить Соню с Димой после тех слов, от которых у меня на голове до сих пор волосы стоят дыбом, я тоже не могу. Вариант только один — привезти дочь вместе с бабушкой в столицу. Это вызовет определенные трудности, но попробовать стоит. В голове набатом стучит только одна мысль: он может отнять у меня ребенка.

Внутри меня все обрывается, когда я вспоминаю до мельчайших деталей всю нашу жизнь с Димой.