Заставь меня любить

На душе становится легче.

Присаживаюсь на скамейку рядом с ним и закрываю глаза, наслаждаясь весенним ветерком, который к ночи кажется не таким теплым, как днем. Меня бросает в дрожь, но я будто бы не замечаю, чувствуя в этот момент спокойствие и умиротворение.

— Мы должны были поговорить тогда, а не делать больно друг другу, Влад, — тихо говорю, не открывая глаза. Знаю, что мужчина смотрит на меня, но сейчас я не могу встретиться с ним взглядом. Слишком велик соблазн.

— Думаю, встретились мы в неподходящий момент, Есения, — после продолжительного молчания произносит он.

 — Ты свалилась на мою больную неадекватную голову в самый неподходящий момент. Я был раздавлен, морально разбит, а ты, сама того не осознавая, тащила меня из дерьма, что творилось в моей жизни. Между нами была огромная пропасть, которая с каждой новой встречей становилась все больше. Мы были слишком юны и неопытны в новых чувствах, чтобы понять это, — Влад делает паузу, а я удивленно таращусь на мужчину.

Так глубоко не рассуждала даже я.

А Беркут, который всем своим существом когда-то показывал неприязнь ко мне, испытывает более глубокие чувства, чем кажется на первый взгляд. Только сейчас я понимаю, за то время, которое мы провели вместе, я совсем не знала этого человека.

— Только спустя время я понял, почему так злился на тебя за то, что ты выбрала другого. Но это был твой выбор, и с моим он мог не совпадать. Ты многое значила для меня тогда, вот только понял я это гораздо позже, — Влад поднимается с лавочки и направляет свой взгляд в небо.

 — Когда ты оказываешься беспомощным и не можешь самостоятельно сходить даже в туалет, переосмысливаешь многие вещи. А когда я узнал, что ты сделала аборт, стало совсем тошно.

— Я бы никогда не сделала этого, — тихо говорю я, вставая со своего места. — Мы наломали дров, Влад. Мы оба, но в наших силах исправить это сейчас. Ради нашего ребенка мы должны отпустить то, что было и попробовать стать друзьями.

— Друзьями… — эхом отзывается негромкий голос Беркута. — Есения, мы не сможем стать друзьями, — его тон режет без ножа.

 — Никогда. Идем в дом, уже холодно, да и завтра полно дел. Пойду знакомиться с Сонечкой.

— Влад, не говори, пожалуйста, пока ничего ребенку. Я сама ей расскажу. Тема очень деликатная, — говорю я, открывая дверь квартиры.

— Хорошо, — отвечает мужчина, входя следом за мной. — И нужно уладить все документально. У моего ребенка в каждой бумажке должно быть указано, кто настоящий отец. С твоим мужем я свяжусь самостоятельно.