Заставь меня простить

Вот этот, — она ткнула на Стёпу, — говорил со мной по телефону, а другой — встречался и вёл переговоры. Тот тоже присутствовал, но по большей части просто молчал.

— Спасибо, — искренне благодарю девушку за проявленное доверие.

Мы собираемся уходить, обуваемся, когда уже на пороге девушка робко произносит:

— Я не против свидетельствовать, если их действительно посадят. Просто… у меня дочь и…

— Не объясняйте, — спокойно говорю я. — Мы понимаем.

Когда мы уже вышли из подъезда и сели в машину, меня внезапно осеняет мысль.

Что, если за ней следили? Ведь Олег со Стёпой наверняка будут…

Внезапно меня осеняет мысль, что всё слишком просто. Получается, она боялась, ей звонили, угрожали, но после этого она впустила в дом двух мужчин и смело рассказала им обо всём? Да, даже не это странно. Почему её не убрали? Что стоило им схватить её и сделать то же самое, что и с другими? Почему они угрожали и держали её, если она в любой момент могла пойти и рассказать, с кем встречалась, составить фоторобот…

— Что-то здесь не так, — вслух произносит мои мысли Леонтий.

Мы смотрим друг на друга, а уже в следующую секунду открываем двери машины, выходим и направляемся обратно. Кажется, нас развели, как детей.

Первое, что зацепил взгляд, когда я открыл глаза — белые стены. В мозгу отчаянно пронеслись воспоминания так, что голова сразу же начала болеть.

— Ну, слава богу, — услышал голос Ромы.

Не без труда повернул к нему голову, и кое-как выдавил:

— Сильно меня приложило? И давно я тут?

— Не сильно, просто сотряс, — пояснил Рома.

 — А тут ты часа два, наверное, может больше. Не переживай, звонила твоя Вита, я ответил, сказал, что ты оставил телефон у меня, так что… не знает она ничего, — подбодрил друг, и в этот момент я был ему чрезмерно благодарен.

— Ты всё помнишь? — спрашивает Рома. — Там следователь за дверью стоит.

— Приглашай, — коротко бросил, чувствуя, как боль нарастает, — и это… медсестру позови…

Мне вкололи какое-то обезболивающее, так что уже спустя пять минут я мог нормально соображать и отвечать на вопросы.

Понемногу вспомнил, как мы с Леонтием зашли в подъезд. Не успели подняться даже на второй этаж, когда на встречу вышел незнакомый мужчина. Мы просто шли дальше, даже не обратив внимания на то, что в его руке кусок железа, а когда он въехал им Леонтию по голове, дошло, что всё не так просто.

Дойти-то ко мне дошло, но успеть что-то сделать не получилось, потому что этот самый кусок железа долетел и ко мне. Дальше — темнота.