Заставь меня простить

Я вижу её уже не в первый раз, — пояснил Серж, а мне показалось, что у меня даже пальцы ног заледенели, настолько холодно и неуютно стало.

Кое-как мы добрались до квартиры, и только когда за нами закрылась дверь я, наконец, смогла успокоиться и перевести дыхание.

— Виточка, — из кухни выглянула бабушка. — О, Серёжа, привет, — она упорно не называет его Сержем, говоря, что это неправильное для России имя. Спорить с ней — бесполезно, поэтому у Сержа теперь есть один человек, называющий его полным именем. — Проходите, я вас покормлю.

— Хорошо бабушка, сейчас идём.

Когда мы разулись, я потащила Сержа в свою комнату и, закрыв дверь, спросила:

— Почему я узнаю об этом только сейчас, когда ты видишь машину уже не в первый раз?

— Я думал, что следят за мной, ну ты знаешь, мой папа слишком мне не доверяет, но… когда я один никакой машины, ничего такого я не вижу, а вот когда мы вместе она неизменно преследует нас. Следят за тобой, Вита, и лучше бы тебе знать кто именно.

— Не имею ни малейшего понятия.

Разве что… — имя Дениса называть не хотелось, да и зачем ему.

Я вкрадчиво посмотрела на Сержа, пытаясь понять, с чего он взял, что у меня вообще есть бывший.

— Что ты так на меня смотришь? Только дурак не поймёт, что ты оставила в Москве свою любовь.

— Да? И как же ты это заметил?

— Просто, Вита. Ты замечала вообще, как парни провожают тебя взглядом. Вспомни, сколько раз тебе предлагали встречаться и просто познакомиться. Ты прекрасна, но… ты никого не видишь. Ушла в себя, как в кокон.

Я рядом с тобой только потому, что тебе это удобно, и ты хочешь, чтобы об этом узнал кто-то там… я ведь прав.

— Я тебе сразу сказала, что встречаться буду с тобой, потому что мне это удобно, но ты мне друг.

— А ты давай не перевирай, я о другом тебя спрашиваю совсем. Расскажи мне всё, я ведь друг для тебя. Ты сможешь отпустить.

— Не смогу, — еле выдавила я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — Я пыталась, но… не могу, — уже сквозь пелену слёз проговорила я.

И я рассказала. Всё, с момента приезда в дом отца и до того, как мы с Денисом расстались.

Мне было не страшно делиться с Сержем, потому что знала — он поймёт и поддержит, просто… до сегодняшнего дня мы не говорили, он не спрашивал, а я и не собиралась что-то объяснять сама.

Рассказывая, я вновь пропускала всё через себя, проживала те же моменты и… это было больно. В груди жгло, горло саднило, глаза уже не видели от слёз. Надеялась, что вдалеке всё пройдёт и мне станет легче, но… нет.