Застава, к бою! (СИ)

Однако капитан не успел договорить. Все потому, что в разговор сразу вклинился нетерпеливый Рюмшин:

— Да тем, что он демонстрирует поразительное любопытство в вопросах, которые не должны его интересовать!

Шарипов наградил коллегу раздражённым взглядом, но промолчал. Вместо ответа ему, он обратился к Тарану:

— Толя, объяснись, пожалуйста. Чего вы затеяли?

— Товарищ старший лейтенант, — заговорил я, приковав к себе всеобщее внимание, — разрешите обратиться к товарищу капитану Шарипову.

— Разрешаю, — сказал Таран.

— Товарищ капитан, я лично задержал этого нарушителя границы. Как вы знаете, он представился Мухтааром, одним из сыновей Захид-Хана Юсуфзы.

Я открыто рассказал особистам о том, что по моему мнению, в скором времени на заставу будет совершено нападение. Что мои слова подтвердит сын Юсуфзы.

Офицером особого отдела было известно о том, что произошло сегодня вечером. О том, что душманы пытались захватить пограничный наряд.

— Они хотели шантажировать Вавилова смертью его отца, — продолжал я, — чтобы тот совершил на Шамабаде диверсию.

Особисты слушали внимательно. Шарипов даже взял себе стул. Вслед за ним на другой присел и Рюмшин.

— Однако Вавилов отказался, — закончил я.

— Тем не менее душманы все еще ждут от него решительных действий, — подхватил Таран.

— О чем вы говорите? — Удивился Рюмшин, — что все это значит?

— Допросите Мухтаара и вы все поймете, — сказал я, — поймете, почему они перешли Пяндж сегодня. Почему затягивают переговоры об обмене прапорщика Вавилова.

Оба особиста спокойно слушали.

Когда я закончил, Шарипов задумался. Потом глянул на Тарана.

— Толя, прикажи явиться Вавилову, — сказал он.

Таран приказал.

Вавилов пришел через несколько минут. К удивлению всех присутствующих, нас с Алимом не попросили на выход. Шарипов стал задавать Климу вопросы о той девушке, с которой он виделся.

— Как ее звали? — Спросил он наконец.

— Фамилии я не знаю, товарищ капитан, — пожал плечами Клим, вставший рядом с нами посреди канцелярии, — но она назвалась Аминой.

Услышав это имя, оба особиста явно напряглись. Стали странно переглядываться. Шарипов поджал губы.

— От тебя требовали совершить диверсию взамен на то, что ее и твоего отца оставят в живых? — Мрачно спросил Шарипов.

— Так точно, — на выдохе ответил Клим.

— Товарищ старший лейтенант, — сказал я, — разрешите обратиться к товарищу капитану Шарипову.

Таран кивнул:

— Разрешаю.