Заставлю тебя полюбить

То, что чувствовал сейчас Саша, никак нельзя было бы назвать жалостью.

— Мне нехорошо что-то, — Мила нахмурилась и прикрыла глаза, цепляясь пальцами за руку мужчины."

"— Немудрено, — с этими словами Ракитин подхватил девушку на руки, крепко прижал к себе, как самое дорогое сокровище в своей жизни. Она устало опустила голову ему на плечо, щекоча кожу горячим дыханием.

Поездка домой к Багирову с Милой на руках — это лучшее и худшее, что могло случиться с Сашей сегодня, потому что для него это две крайности одной сути.

Ад и рай.

3. Неожиданное предложение

САША

Добрались быстро, пожалуй, даже слишком быстро, Саша с радостью бы растянул время, проведенное с Милой, но при других обстоятельствах, конечно. Не так и не с такими последствиями. Сонная девушка уютно расположилась в объятиях мужчины, и так идеально вписывалась в его мироощущение, что и словами не передать. Но, пожалуй, теперь…

Он никогда не забудет, как давил на газ, нарушая все существующие правила движения, в наглую воспользовавшись служебным положением и даже включив сирену, прекрасно понимая, что эту машину остановить не посмеет даже самый добропорядочный сотрудник ГИБДД.

Нужно ли говорить, что испытал он в тот момент, когда услышал об аварии, о том, что ЕГО девочка, его маленькая принцесса и никак иначе, могла серьезно пострадать. Ни разу за свою жизнь он не испытывал такого неконтролируемого страха, как в тот момент, когда понял, как глупы его предрассудки и какой хрупкой может быть жизнь.

Ракитин занес Милу в дом и уложил в кровать под напряженным взглядом Насти и Руслана.

— Как же…что? — жена Багирова прикрывала рот рукой, и все осматривала свою дочь, абсолютно не понимая, что могло приключиться.

— Потом, Насть, все решу потом и расскажу. Ты в голову не бери, поняла меня? — Багиров притянул к себе жену и поцеловал ее в лоб, тяжело выдыхая. Устал.

Двое мужчин в крайне раздраженном состоянии молча проследовали в кабинет. Злость и негодование бурлили в их крови и, если Ракитин в силу присущего ему природного спокойствия и хладнокровия, внешне никак не выражал свое отношение к произошедшему, то его старший товарищ был вне себя от ярости и совершенно не пытался скрывать рвущийся наружу гнев, а потому, когда мужчина с силой впечатал кулак в висящую с недавних пор в кабинете грушу для битья, Ракитин лишь незаметно хмыкнул, но вид при этом сохранил абсолютно невозмутимый.

— Я не знаю, что мне с ней делать, Сань, это уже ни в какие ворота, — пожаловался Руслан сыну своего давнего друга.