Заставлю тебя полюбить

Еще вопросы есть? Я по крайней мере пришел и четко обозначит границы, а не спорил на девушку, к которой испытываю чувства.

На том конце провода моментально послышалась пауза, мучительно долгая, а затем последовал хриплый ответ:

— Не в бровь, а в глаз, Ракитин.

— Уж как умею.

— Почему я узнаю последним? — не унимался друг Саши.

— Так получилось, я не был уверен, что не сдержусь, — и ведь правду говорил Ракитин, он может из последних сил держался, а потом сорвался в пропасть

— И ты не сдержался.

— Как видишь.

— У тебя серьезно?

— Уж посерьезнее того, что у тебя изначально было с Никой.

— Слушай, ты у зубного давно был? А то мне кажется, что надо сходить.

— Запишусь в свободное время как раз после тебя. Прекрати допрос, Миш. Я не враг, уж точно не для Милы или тебя. И зла я ей не причиню.

— Ясно все с тобой, Ромео. На свадьбу позовешь?

Уж какая тут свадьба? Все завертелось слишком стремительно, свадьбу изначально не планировал никто, но проставиться перед сослуживцами нужно было, к тому же это не просто какая-то дочь какого-то рядового, а нежная принцесса акулы военного дела, того самого Каина, истории о котором до сих пор распространяются в профессиональной среде как о бескомпромиссном человеке, идущем напролом.

Так что и торжество быть все-таки должно, но в узком кругу, как отрапортовал Багиров. Он как в воду глядел, когда решительно настроился на то, чтобы устроить вечер на даче под шашлычок. А чутью Багирова нужно было доверять.

За день до дня Х, когда Ракитин сидел у отца в гостях (давно ведь обещал приехать, но все не было времени, замотался с подготовкой, закупить продуктов, продумать что к столу надо было бы, ведь минимум рота солдат будет и надо, чтобы всем хватило), мысли плавно смещались к тому, что именно завтра Мила уже переедет к нему.

Так обозначил Багиров. Мол она пока свыкнется с этим, успокоится, и Багирова, надо отдать должное, свыклась и успокоилась. В общем, хотя бы прекратила истерить, если верить словам Руслана.

Даже сама выбрала себе платье, об этом Саше тоже торжественно заявил ее отец. Оставалось надеяться, что там не прозрачный пеньюар, иначе сердце Ракитина не выдержит.

— Сын, ты как в воду опущенный, — Ракитин-старший налил коньяка, пока его жена Аля накладывала очередной салат в тарелку, где и места толком не было. Ракитин внимательно посмотрел на отца, а затем и на мать, да они не были ему биологическими родителями, но он воспринимал их как родных.