— Человечный, говоришь? — Саша подошел ко мне вплотную и нагнулся так, что наши лица почти соприкасались друг с другом, а я чуть не задохнулась от его коньячного дыхания. — Да, может, то лето было единственным, когда я был человечным! Ты знаешь, как я рос? — тут он отпрянул от меня и вновь двинулся к столу, где взял бутылку с коньяком и теперь хлебнул прямо из горла. — Ты знаешь, каково это — быть третьим в очереди на престол?.. И то, третий — это лишь формально, а по факту — вторым, сразу после моего двоюродного братца Федьки, ибо отец мой собирается отказаться от наследования… Так вот, меня с самого рождения готовили к тому, что когда-нибудь я смогу занять место моего дядьки, — Саша зло хохотнул.
— Я нигде и никогда не был один, мне запрещали общаться со сверстниками, кроме редких встреч с детьми из семей таких же приближенных к царю, как и мы. Я даже не ходил в школу, учителя сами приходили ко мне… И все это для того, чтобы я, не дай бог, не унизил своего достоинства и не вступил в разговор с кем-то, кто не дотягивает до меня по статусу…
Саша беззвучно засмеялся каким-то своим мыслям, а затем продолжил:
— А тем летом в Ялте мы отдыхали с мамой, которая была намного мягче и лояльней, чем отец, поэтому она и позволила мне общаться с тобой.
А ты… Ты была для меня какой-то диковинкой… Простая девчонка из небогатой семьи, с которой, оказывается, тоже можно нормально общаться… Но потом к нам приехал отец, узнал, что мне позволили встречаться с простолюдинкой, рассвирепел и тотчас отослал меня в Москву.
Матушке тоже тогда попало порядком… С тех пор ограничений для меня стало больше. Потом родился Коля, и я думал, что теперь отцовское «воспитание» коснется и его… Но я глубоко ошибся. Почему-то отец не стал возлагать на него «великие надежды», как на меня, и позволял ему намного больше, чем мне… Меня же вообще отправили в Англию в закрытую школу для мальчиков. Там же все, что вложил в меня отец, «отшлифовали» до блеска, и я, наконец, стал тем, кем меня хотели видеть родители и окружение… И знаешь что? Я теперь нисколько об этом не жалею.
Мне нравится быть таким, какой я есть. Это очень удобно. Меньше эмоций — меньше проблем… А насчет тебя… — тут Саша снова усмехнулся. — Когда первый раз увидел тебя в нашем доме, то действительно разозлился. Я просто не понимал, зачем ты вновь появилась в моей жизни? Чтобы напомнить о том, что я мог быть другим?.. Правда, потом быстро осознал, что изменился не только я. Ты тоже изменилась.
