Затерянная между мирами. Дилогия

Ключевой воды нам так и не удалось отыскать по пути, поэтому с дороги каждый сделал лишь по большому глотку из бутылки, остальное решено было оставить до завтра.

Чем ближе становился час открытия прохода, тем больший меня охватывал мандраж. Что нас ждет в новом мире? Каким он окажется? Мирным или воинственным по отношению к нам? Легко ли мы проживем ближайшие две недели либо вновь придется выпутываться из непростых ситуаций? А вдруг нам повезет, и на этот раз мы окажемся сразу у друидов?

Я повторила последний вопрос вслух, на что Карл Генрихович ответил:

— Сомневаюсь, Катенька.

Но надеяться стоит… Ведь с чем черт не шутит? В конце концов, нам вполне везло последние недели, и, возможно, удача решит улыбнуться и на этот раз? — жизнерадостно закончил он.

Переход открылся вовремя, и к этому моменту мы уже стояли рядом в полной готовности. Уже по традиции Карл Генрихович ступил в сияющую арку первым, следующая — я, а Илья заключал нашу процессию.

И вновь бесконечный тоннель вмиг поглотил меня, затягивая в неизвестность.

На этот раз я прикрыла глаза и старалась дышать ровнее. Когда же впереди наконец показался выход, я, умудренная прошлым опытом, попыталась сгруппироваться. Благодаря этому приземление прошло намного удачней, чем раньше, и я даже не ударилась и не побила коленки, разве что руку немного подвернула, когда оперлась на нее во время падения.

Илью, появившегося сразу за мной, я встречала уже на ногах.

— Мне кажется, или здесь намного холоднее, чем там, откуда мы прибыли? — заметила я, поежившись.

— Вам не кажется, Катюша, — отозвался Карл Генрихович. — Я бы тоже был не прочь накинуть на себя что-нибудь потеплее.

— Да, таким холодом сильно не поспишь, придется бодрствовать до утра, — согласился Илья. — И не мешало бы утеплиться… А то простудиться еще не хватало.

Вскоре мои шорты сменились джинсами, а футболка скрылась под ветровкой, но, оказалось, от холода они спасали мало. Илья предложил разжечь костер, но Карл Генрихович запретил это делать.

— Во-первых, Стоунхендж — священное место и здесь нельзя разводить огонь, если это не предусматривается специальным ритуалом, — объяснил он. — А, во-вторых, костер в ночи да еще и на открытом холме может привлечь к себе внимание местных жителей. Пока же мы не знаем, как нас тут примут, и лучше не рисковать…

Поэтому рассвет я встречала, промерзшая до костей. Не помогали даже объятия Ильи, прыжки на месте и быстрая ходьба по периметру Стоунхенджа.