Затерянная между мирами. Дилогия

 — умоляюще крикнула я неизвестно кому, но ответом мне была глухая тишина.

А в следующее мгновение земля ушла у меня из-под ног, и я, увлекаемая неведомой силой, стала падать куда-то в пустоту…

— Просыпайся… — сквозь забытье прорвался требовательный голос, а через мгновение послышался шорох раздвигаемых штор и в глаза ударил яркий свет.

— Катя, да просыпайся ты уже! — голос стал громче, и теперь я точно узнала его.

Значит ли это, что я дома?..

Я тут же распахнула глаза и приподнялась. Около меня, с недовольным видом скрестив руки на груди, действительно стояла мама, в синем шелковом халате до пят и волосами, собранными в специальную сеточку, чтобы не испортить прическу.

Только вот незадача: «моя» мама отродясь не носила шелковых халатов, и уж тем более никогда в жизни не нацепила бы на голову подобную сетку.

Да и комната порядком отличалась от той, в которой я провела почти все свое детство и юность…

Я с непроизвольным стоном откинулась обратно на подушку. Ну что? Здравствуй, новый мир?..

— Не поняла, ты собираешься вставать или нет? — снова заговорила «мама».

 — Хочешь опоздать в свой первый рабочий день?..

Первый рабочий день… Интересно, какая профессия уготована мне в этом мире?.. Надеюсь, здешняя Катя не выбрала для себя экстраординарный способ зарабатывания денег, и мне удастся с этим справиться.

— Встаю, — пробормотала я, откидывая одеяло в сторону.

— Давай быстрее. Одевайся и приходи завтракать, — «мама» направилась к двери. — Папа тебя отвезет…

Ну хоть что-то хорошее.

Не придется самой искать место «работы».

Когда мама скрылась за дверями, я уже проворней выбралась из постели и принялась оглядывать комнату. Первым, что бросилось в глаза, была мебель: она показалась мне какой-то старомодной, словно ее не меняли лет тридцать, а то и больше, но при этом не выглядела потрепанной или выцветшей. И уж точно в моей спальне ничего подобного никогда не стояло.

Тем не менее, некоторые мелочи все же говорили о том, что эта обитель вполне могла принадлежать мне. Во-первых, цветовая гамма.

Она была как раз такой, как нравилось мне — сочетание нескольких оттенков голубого и бежевого. Во-вторых, картина, написанная акварелью, с моим любимым «морским» пейзажем. В-третьих, подоконник, сплошь заставленный горшочками с фиалками. В остальном же, все вокруг было чужим и непривычным.

Да, и во всей этой обстановке явно чего-то не хватало…

Я еще раз прошлась по комнате, пытаясь понять, что это может быть, однако ответ так и не пришел.