Затерянный город, или Каждому свое

Неужели продолжают сидеть в засаде?

Смотался на место пролома, а потом и к точке свисания троса вдоль стены. Никаких следов лесного воинства. Странно! Я обеспокоился. Раз противника не видать, значит, он отлично спрятался и явно что-то против нас замышляет. Узнать бы еще, что именно? А как это сделать? Для начала следовало хотя бы отыскать врага.

Вот я и двинулся частой змейкой над лесом в сторону моря. Платформу круто наклонил вперед, получилось даже под шестьдесят градусов. Летел над самыми вершинами деревьев, так что внизу некоторые участки и уж тем более полянки успевал рассмотреть великолепно.

Но долгое время никого не замечал, кроме вездесущих улипах и перебегающих открытые пространства сколопендр.

«Неужели все ушли с полуострова по причине объявленной нам войны?»

Первое странное пятнышко, за которое зацепился мой глаз, мне встретилось километрах в десяти от моря. Присмотрелся: распластанный варан, или, как мы его назвали, крокодятел, словно побывавший под катком. И на этом пятне уже копошатся несколько сколопендр и десяток муравьев, начавших санитарную зачистку.

Вначале только и пришло в голову: «Нерасторопный! Ха-ха! Видимо, метнулся не вовремя под лапу своего гигантского пастуха, вот его и расплющило. Причем сравнительно недавно, час, может, полтора назад».

Затем пятна участились и стали чуть ли не цепочкой следов, шириной до пятнадцати метров. Это настораживало совсем в ином плане: «Ящеры сошли с ума? И начали охоту на всю лесную живность?»

На распластанные тушки еще даже муравьи наползти не успели.

Видимо, бойня произошла совсем недавно. Затем я увидел громадную, но тоже распластанную тушу кабана и стал понимать, что даже ящеры своей многотонной массой не сумели бы так изувечить своего подопечного. Судя по вдавленным в грунт пенькам, здесь прошло нечто более страшное и невероятно массивное.

А в следующую секунду со стороны моря раздался рев. Точнее, не рев, а РЕВ. Вибрировал воздух, осыпались иголки и листья с деревьев, сама платформа и то покачнулась, словно ее коснулась невидимая взрывная волна.

Секунд пять рев звучал. Затем пятнадцатисекундная пауза – и повторный рев. Но еще во время паузы в слуховое пространство моей маски ворвался встревоженный голос Леонида:

– Борис! Надеюсь, это ты там кого-то возле стены обидел, а не тебя?

– Это со стороны моря раздается кошмарное пение, – сообщил я другу, двигая платформу вперед и одновременно набирая резко высоту.