Затерянный город, или Каждому свое

Варьируя иные варианты зрения, сумел различить какое-то зеленоватое мерцание, распространяющееся вверх и в стороны. Неужели то самое опасное излучение, которое горожане задействовали против любого проникновения в их город? И насколько оно опасно? Из леса это мерцание не просматривалось. Наверняка из-за этого излучения у меня теперь отвратительное состояние. И не тянет ли данное мерцание из меня еще что-то ценное?

Испугавшись, несколько запоздало просмотрел объем своего хранилища энергии. И выдохнул с невероятным облегчением: все те же двадцать два процента.

Обидно, что так мало, но радостно, что хоть эта мощь пока остается нетронутой. Не хватало мне остаться без своего самого действенного и эффективного оружия.

Так и не вставая на ноги, лихорадочно перебираю все свои способы защиты и наличные магические щиты. Очень уж не нравится чувствовать себя ущербным и обессиленным. Как ни удивительно, пригодилась вуаль Гимбуро, дар империи Альтру для своего заочного подданного. Увеличивая вуаль, растягивая и прячась под ней, оказался в конце концов завернут в нее, как мумия.

И сразу почувствовал невероятное облегчение по всем параметрам.

Скачком возросло восприятие красок, вернулся слух, который до того оказался неожиданно на мизерном уровне, даже тактильные ощущения вдруг улучшились. Из чего делался вывод: до сего момента я тут сидел полуослепший, полуоглохший и почти ничего не соображающий. Что ж это за излучение такое премерзкое, препятствующее посторонним приближаться к верхней кромке стены? То-то мы давно заметили, что даже птички в сторону города не пролетают.

Ну и после создания защиты до меня донесся крик из лесу:

– Борис! Как ты там?! Отзовись! Или покажись хотя бы!

Так что я поднялся на ноги и первым делом посмотрел вниз, туда, где остались семейство Свонхов и мой лучший товарищ. Взволнованного Леньку я отыскал взглядом в кроне близстоящей секвойи и первым делом собрался на него наорать. Представляю, сколько сил он потратил на покорение гигантского дерева, особенно в первой его части.

Не говоря уже о смертельном риске нахождения на самых верхних, наиболее тонких ветках.

Но тут же представил, насколько друг изнервничался обо мне и переживает, и постарался придать своему голосу максимум оптимизма и уверенности в ближайшем будущем:

– Вот он я! Все пучком! Победа!

– Ура-а-а! – задергался от радости Найденов, чуть не свалившись с ветки. – А город?! Что видно в городе?

– Честно говоря, еще в ту сторону не смотрел! – перекрикивался я с ним.