Затерянный город, или Каждому свое

Осознав это, я ощутил неприятные мурашки по спине, и моя паранойя заголосила как подстреленная: «Дергаем отсюда! За нами явно кто-то сейчас наблюдает!»

Хорошо, что в нашей компании руководит холодный расчет, который провел меня по угловой лестнице здания, минуя первые этажи, и заявил: «Ну хоть через окно надо взглянуть на внутренний бассейн. Тем более что идти осталось всего ничего… Даром, что ли, сюда так спешили?..»

Нужный ряд окон четвертого этажа в самом деле оказался довольно близок. Как раз мой путь вывел во внутреннюю анфиладу, в которой и освещение стало голубоватых тонов.

Это так отсвечивал на стены свет с заполненного водой двора. И свет этот… мерцал! Почему, спрашивается, если тут ни ветра нет, ни единой живой души и ничего под ногами не содрогается? Неужели мне сейчас выпадет счастье лицезреть купающихся в водоеме прекрасных нимф?

В существование здесь чего-то прекрасного не верилось совершенно. Поэтому к окну я приблизился, прижимаясь спиной к стенке. Затаил дыхание и только потом, по сантиметру перемещая голову, попытался рассмотреть синеву бассейна.

Поверхность странного водоема и в самом деле рябила, вздрагивая зыбью. И легко просматривалась на громадную глубину. Но сколько я туда ни вглядывался, ничего плавающего, ворочающегося или стремительно мелькающего не заметил.

Зато я вспомнил мир Дикий и тамошние водоемы. И мне стало по-настоящему страшно.

Глава тринадцатая. Водяной монстр

Я отчетливо представил себе чудовищ из Дикого и опять вздрогнул.

Вспомнил, как лихо и предельно глупо рисковали Мария, Вера и Катерина, взрывая тех монстров, дразня их и калеча. По всей видимости, здесь таится подобное чудище. И оно время от времени простирает свои щупальца по всему зданию, иначе куда пыль-то делась? И трупы? И прочие остатки разного мелкого мусора?

Долго стоял застывши и пытался хоть что-то рассмотреть. Только и понял, что жидкость по консистенции напоминает подсолнечное масло и рябь проходит с четкими интервалами. Словно неведомый монстр дремал и в этой дреме иногда вздыхал.

Возвращаясь к лестнице вниз, опять вспомнил рассказы девчонок и подумал: «Имелась бы возможность бросить в эту тварь чем-то издалека… Метнуть бы ящик тротила! Вот это была бы забава. А если еще последствия снять на несколько камер, вот это был бы фильмец!»

Наверное, именно эти мальчишеские мысли направили мои ноги не вниз по лестнице, а вверх. И, как чуть позже оказалось, в этом был какой-то резон.