Едва на сковородке зашкворчал бравый шестерик яиц, из комнаты выползла Кира, потягиваясь и позевывая, смешно выглядя в слишком больших для нее футболке и шортах. Шумно принюхиваясь и громко урча животом, паладинша скрылась в ванне. Зашумела льющаяся вода, я же сгрузил яичницу на тарелку, насыпал сверху горку смеси из укропа и зеленого лука и подал блюдо на стол, где в него тотчас вонзилась вилка адмирала.
— Хлеб?
— Уже несу — ответил я, доставая из микроволновки разогретый хлебный батон и крупно его нарезая — Пельменей много варить?
— Много.
Жгучка есть?
— Угу, острая. Сейчас принесу.
Доставляя на стол очередную порцию снеди, я не забывал прислушиваться. В телевизоре изображение парусных кораблей сменилось показом достаточно возмущенной толпы. Преимущественно женщины, почти все довольно взрослые, все без исключения реально злые и вооружены огромными секаторами и плакатами с яркими надписями. И че это за демонстрация?"
"— Это кто? — решил уточнить я, с неким содроганием читая надпись на самом большом плакате, потрясаемым донельзя разъяренной сухонькой старушкой.
Надпись гласила: «Режь адскую пуповину!».
На других транспарантах надписи не хуже: «Верните наших детей и мужей!», «Хватит искусственной комы!». «Спасите жертв ВаМПа!», «Вальдира губит нас!», «Он не Моисей — он Антихрист!».
— Ого… — добавил я, прочитав последнее высказывание.
— Да — кивнул отец, пережевывая яичницу — Хорошо пожарил, давай еще столько же.
— Ладно. Так что творится?
— Не видишь? Протестуют против твоей секты — хмыкнул отец.
— А? Какой еще секты?
— Жертвы вампа — хохотнул главный охранник, разливая водку по стопкам — Тебе не предлагаю, Рос.
— Почему? — обиделся я.
— Ну если только одну-две. Налить?
— Налейте — я словно фокусник выудил из кармана фартука стопку и со стуком поставил на стол.
— Всегда с собой стопку носишь? — прищурился отец.
— Даже в душ — не моргнув глазом отрапортовал я — Так что за секта? О, в телевизоре бьют кого-то… жертву вампа?
— Примерно так. ВМП. Великий Морской Поход.
Так его назвали в передачах. И как только этот ваш ВМП начался, десятки тысяч людей перестали выходить на работу, приходить в институты, посещать лекции в университете, гулять с девушками и парнями, служить в полиции и, по слухам, перестали даже охранять какого-то политического лидера. Чем они занимаются? Да ничем по сути. Они по четырнадцать часов лежат в игровых коконах, затем выползают, принимают душ, едят наспех и забываются мертвым сном. А затем повторяют цикл.
