Зацепить 13-го

— И они стали твоими друзьями?

— К сожалению, — ухмыльнулся он.

— Ты не хотел? — спросила я. — Ведь в Сколь Йоун пришлось опять пойти в шестой класс.

— Шаннон, я был в бешенстве.

— Даже так? — спросила я, стараясь не реагировать на внутреннюю дрожь, когда он произнес мое имя.

По сути, я отчаянно старалась не замечать электрическую волну тепла, разлившуюся по венам.

— Представляешь, я мечтал учиться в Ройсе, вместе с друзьями и парнями из клуба. Господи, да я просто орал на родителей, когда они выдернули меня оттуда и запихнули в Томмен… Шесть лет прошло, а я все еще злюсь на них за это, — с усмешкой добавил он.

— Но мне кажется, ты здесь великолепно прижился, — сказала я, не зная, о чем еще говорить. — У тебя полным-полно друзей, ты по-прежнему играешь в регби и все такое.

— И все такое, — снова усмехнулся Джонни, которого очень позабавили мои слова. Потом он как-то странно посмотрел на меня и спросил: — Ты танцуешь?

— Нет. А почему ты спросил?

— Сам не знаю, — пожал плечами Джонни. — Некоторые девчонки вместо спорта предпочитают танцы.

У меня округлились глаза.

— Думаешь, я похожа на балерину?

Он кивнул. Я невольно засмеялась.

— А что? — Он смущенно улыбнулся. — Ты невысокого роста. — Он обвел рукой мою фигуру. — Тут не надо много воображения, чтобы представить тебя…

— Только я не балерина, — засмеялась я.

— Недомерок? — удивленно переспросил Джонни.

— Ты что, меня не видел? Мне пятнадцать, а я пять футов ростом и вешу восемьдесят пять фунтов.

— Ты весишь шесть стоунов? — выдохнул он, недоверчиво раскрыв глаза.

Мои глаза тоже округлились. Невероятно, как быстро он смог пересчитать фунты в стоуны.

— Господь, да я спортзале тягаю вдвое больше. — Джонни вновь оглядел меня с ног до головы. — Ты правда всего пять футов?

— Если вытянусь, да.

— Черт, а я шесть футов и три дюйма. — Он покачал головой. — Какая же ты маленькая.

— Вот-вот. — Я скривилась. — Недомерок.

— Господь, неудивительно, что ты от удара мяча сложилась, как шезлонг, — пробормотал Джонни, снова взявшись за подбородок. — Я ж тогда мог переломить тебя пополам.

— Красочная аналогия, — ответила я, морща нос.

— Твоя мать по-прежнему сердится на меня?

— Да. В тот день казалось, что еще немного — и она оторвет мне голову.