Зацепить 13-го

Я закинул рюкзак на плечо, порванную юбку запихал за пояс шортов, положил руку девице на спину и стал уговаривать подняться на насыпь, отделявшую спортплощадки от остального двора.

Девчонку качало из стороны в сторону, как новорожденного жеребенка. Я едва удерживался от желания обнять ее за плечи. Через пару минут мне так и пришлось поступить, поскольку сама она на ногах не стояла.

Я точно травмировал чертову пигалицу.

За то, что сорвался, и так грозит остаться после занятий, и еще арестуют за нанесение телесных повреждений.

— Прости, — повторял я ей, злобно глядя на каждого любопытствующего придурка, который останавливался и пялился на нас, пока мы с черепашьей скоростью брели к главному зданию.

Она была в моей футболке, которая висела на ней, как платье.

Грудь у меня мерзла, поскольку теперь вся одежда состояла из шортов, носков и шипастых бутс.

А в довершение всего на плече болтался девчоночий розовый рюкзак.

Пусть пялятся сколько влезет. Мне сейчас важнее всего, чтобы проверили ее голову.

— Я правда охренеть как виноват.

— Да хватит уже извиняться, — простонала она, хватаясь за голову.

— Ладно… извини, — пробормотал я, чувствуя, как она опирается на меня. — Но я хочу извиниться. Чтоб все было ясно.

— Ничего не ясно, — хрипло возразила она, сжимаясь от моего прикосновения. — Все кружится.

— Господи, не говори так, — сдавленно произнес я, крепче сжимая ее одеревеневшие плечи. — Пожалуйста, не говори таких слов.

— Зачем ты это сделал? — шмыгнула носом она, вся такая хрупкая, маленькая и заляпанная грязью.

— Потому что я мудак, — сообщил я, перевесил рюкзак на другое плечо и обнял ее еще крепче. — Все время лажаю.

— Ты нарочно так сделал?

— Что? — От ее вопроса я даже остановился. — Нет. — Я повернулся так, чтобы видеть ее лицо, и хмуро добавил: — Я бы в жизни так с тобой не поступил.

— Угу, — буркнул я, придерживая ее рукой и прижимая к себе. — Честно.

На дворе был январь.

Но по какой-то странной, сбивающей с толку причине внутри у меня все пылало.

Уж не знаю почему, только от моих слов девчонка перестала напрягаться. Она шумно вздохнула, расслабилась и позволила тащить ее на себе.

Ценой изрядных усилий и внезапно явившегося самообладания, в другие времена подводившего, я внял желанию пострадавшей и довел ее до главного здания. Притом что хотелось просто взять девчонку на руки и бежать туда за помощью.

Я паниковал, стоило ей застонать или привалиться ко мне, и беспокойство мое с каждым таким разом росло.