Зацепить 13-го

Конечно, информация удручала, но мне требовалась отрезвляющая доза реальности, чтобы укрепить решимость и погасить пустые мечтания.

Жуткое невезение, что первым парнем, в которого я втюрилась, оказался он, учитывая, что говорили мы всего раз и что его обхаживала выпускница с умелым ртом.

Вряд ли он хоть отдаленно мною интересовался.

Мне нравилась безопасность.

В моем мире безопасность равнялась невидимости.

Я была счастлива слиться с обоями до неразличимости.

А Джонни Кавана был настолько далек от роли невидимки, насколько я вообще могла представить.

До встречи с ним я не интересовалась противоположным полом. Не интересовалась никем. И что теперь?

Я ловила себя на том, что постоянно ищу его в школе, чтобы пялиться.

Это было крипово и попахивало сталкерством, но, честное слово, я не могла сдержаться.

Я успокаивала себя тем, что у меня нет намерения давать волю чувствам или преследовать своего первого и единственного краша.

Как бы то ни было, меня вполне устраивало оставаться в стороне, довольствуясь тем, чтобы поглядывать на него украдкой при каждом удобном случае.

Я оправдывала свое нездоровое поведение, постоянно напоминая себе, что не единственная в этой школе вожделею восхитительного Джонни Кавану.

Но наблюдать за ним было очень интересно.

Это было трудно описать.

Казалось, он сам себе устанавливает правила. От него веяло уверенностью и пофигистическим отношением ко всему, и это сильно притягивало.

Подобно большинству прирожденных лидеров, в школе он шел по собственному пути, а остальные просто следовали за ним.

Я подозревала, что в этом и кроется ключ к популярности: не надо к ней стремиться и не надо заморачиваться о том, что она у тебя есть.

Красота и совершенное тело Джонни тоже делу не вредили.

Если честно, я ему немного завидовала.

Популярность меня не заботила. Меня заботил сам факт, что одним она достается легко, а другие, включая меня, жутко страдают.

«Я совершенен. Ты сейчас трахаешься с совершенным.

Это было типичное поведение альфа-самца, бьющего себя кулаком в грудь, — и, думаю, в основном потому всех девчонок в радиусе десяти миль и тянуло к Джонни.

Между тем, когда мы встречались с ним глазами, я не видела в них пресловутого мужского шовинизма, и его обычный пренебрежительный взгляд тоже исчезал.