Зацепить 13-го

 — Напомните, чтобы я закинул вам пару билетов на один из наших домашних матчей летом. Конечно, если вам интересно.

— Джонни, ты серьезно? — У таксиста засверкали глаза. — Да я буду только рад. Не то слово. Я буду в восторге. Я смотрю все твои матчи. Я даже прошу дочку делать записи прямых трансляций, которые не показывают по телику. Я всегда говорю жене, что юный Джонни — лучший, кого я видел в зеленой футболке под тринадцатым номером.

Я равнодушно выслушал его слова. Казалось бы, в свои семнадцать я должен замирать от радости, слыша такую похвалу от человека, который более чем втрое старше меня.

Но он повторил слова, которые я слышал так часто, что комплимент произвел на меня не больше впечатления, чем вода на утку.

— Ценю вашу поддержку, — ответил я. — Мой номер есть у вас в контактах. Пошлите сэсэмэску с напоминанием, потому что сейчас я в дупелину пьян и утром ничего не вспомню.

— Обязательно, — ответил Пэдди. — Не хочу соваться не в свои дела, но хорошо, что ты бортанул ту девицу.

Я хмуро посмотрел на водителя, шерстя память и вспоминая, когда это был настолько глуп, что повез ее к себе домой. Только потому таксист и мог знать.

Порывшись в туманных дебрях разума, я смутно вспомнил, как в прошлом году, после коротких каникул на Хеллоуин, водил Беллу в паб и она устроила жуткую истерику на улице, поскольку я отказался везти ее к себе домой на такси.

Это была одна из последних встреч перед нашим разрывом.

— Я про ту, о ком говорил твой друг, — пояснил Пэдди.

 — Таким, как ты, она только жизнь портить может. — Он постучал себе по виску. — Уж поверь старине Пэдди. Девицы вроде нее умеют только брать.

Увидев его, я покачал головой.

— Никто, — устало произнес я, принимая от парней живой груз. — Я серьезно, Гибс. Никто и никогда не поверит, что ты доктор.

— Твоя будущая жена сегодня спасла меня от ужасного зверя, — заплетающимся языком сообщил он. — Купи ей кольцо. За заклинательницу котов нужно держаться.

Я хмуро посмотрел на Хьюи, ответившего мне недоуменным взглядом.

— Сколько ты сегодня выпил, горе мое? — спросил я, крепко удерживая Гибси на одном месте.

Когда он напивался, то имел обыкновение убегать.

— Сколько? Достаточно, — икая, ответил Гибси и стал горланить припев, громко топая ногами в такт.

— Да-да, красавчик, — уговаривал его я, почти внося в салон. — Ты доктор.

— Но никакой врачебной этики, — заявил он, подняв палец, после чего рухнул на заднее сиденье такси.