Завещание Аввакума

"

"Ситуация была для Лыкова привычная, он не раз на Кавказе схватывался так с турками и чеченцами и всегда использовал один и тот же прием, опасный для исполнителя, но эффективный. Лишь поэтому он успел среагировать, что ничего не пришлось выдумывать. Он сделал шаг навстречу ножу, потом перед самым лезвием развернулся правым плечом вперед — рука Ноздри с ножом проскочила вдоль живота, Алексей левой рукой схватил ее крепко за запястье, а правой снизу сильно подбил выше локтя. Раздался хруст ломаемого сустава и дикий крик; Ноздря выронил нож и упал на колени, с воем зажимая изувеченную руку.

Мгновенно второй в чуйке бросил Каланчу и с кистенем кинулся на полицейского. Тот, не мешкая, пнул ему под ноги скрюченного Ноздрю, так что громила чуть не перелетел через него на пол. Воспользовавшись замешательством, Лыков перепрыгнул через лежащего, схватил чуйку за кисть и сжал со страшной силой — тот всхлипнул и выпустил из сломанных пальцев кистень. Правой рукой Алексей ухватил противника за пояс, легко оторвал от пола, поднял на уровень плеча и, круговым движением запястья перевернув вниз головой, с силой швырнул в стену.

В этот момент что-то больно чиркнуло его по боку, сзади раздался тонкий звон металла, и Алексей увидел, как под ноги ему упал кинжал с длинным треугольным лезвием.

— Сашка Регент! — крикнул он, разгоряченный схваткой, и развернулся к третьему бандиту, готовый сразиться и с ним. Однако тот, сбитый, видимо, случайно, ногами закрученного в воздухе чуйки как раз при попытке ударить в спину Алексею, ловко перекинулся через голову прямо на ноги и выбежал на улицу.

Лыков бросился было за ним, но Регент впрыгнул на ходу в ожидавшую его пролетку и та на бешеной скорости умчалась к Ирбитскому мосту. Алексей схватился за пояс — оружия при нем не было, свисток он забыл дома, да и в магазине Гаммеля оставались двое налетчиков и раненный, по-видимому, в лицо, Марк.

Лыков вернулся обратно в магазин, когда и чуйка, и Ноздря начали подниматься.

Чуйку, как более опасного, Алексей с маху ударил кулаком сверху по темени, тот снова упал и отключился уже надолго. Второй сразу же сел на пол и закрыл голову здоровой рукой.

— Вот так и сиди, — приказал ему Лыков, обыскал его и нашел второй нож, поменьше, в голенище сапога, а в кармане кафтана — тяжелую свинчатку.

Гаммель тем временем сбегал за водой и стал промывать Марку глаза.