Завещание

Ее Светлость удивительная женщина! Она полна доброты и щедро делится ею с другими, а еще ей все интересно и она с большим удовольствием изучает географию, историю, новые языки и впитывает знания, как губка. Любит читать, вышивать и гулять по саду. Сына обожает. Знаете, Ваша Светлость, я ведь держал Вашего мальчика на руках через несколько минут после его рождения, а по нашим обычаям это значит, что я взял за него на себя ответственность. Ваша жена и сын всегда будут желанными гостями в Восточных Землях, и я в любое время готов оказать им всяческую помощь и поддержку.

— Благодарю, но надеюсь, что отныне сам смогу обеспечивать свою семью всем необходимым и оказывать им всестороннюю поддержку, — насупился Тамиль.

— О, не надо додумывать, чего нет, — вскинул руки Александр. — Я очень уважаю Ее Светлость и никогда не вожделел ее, как мужчина вожделеет женщину. Она для меня — источник чистой радости, благополучия для моей страны и народа и образчик потрясающей силы духа, она Искрящая и этим все сказано.

Поверьте, недостатка в женщинах у меня нет. Она любит Вас, герцог, но боится, что Вы ее не любите, что она не нужна вам сама по себе, и Вас привлекает в ней только ее дар Искрящей и ребенок.

— Но это не так! — вскричал Тамиль. — Я люблю ее и готов на все, чтобы мы были вместе!

— Тогда хорошенько подумайте, что Вы ей скажете, потому что сейчас только от Вас зависит, вернетесь Вы в Империю с семьей или один. Не скрою, я был бы очень рад, если бы Искрящая решила навсегда остаться в Восточных Землях и, уверяю, она ни в чем здесь не нуждается и окружена и вниманием и уважением.

Но она любит Вас и без Вас, если не перестанет любить, счастлива не будет.

— Да, я все понял, — ответил герцог. — Но, Всесветлая, я и помыслить не мог, через какие мучения пришлось пройти моей девочке. В течение этих недель в Горячих Песках, я был уверен, что терплю немыслимые лишения и переживаю небывалые трудности. Но я ехал на верблюде, пусть и не все время, пил, сколько и когда хотел, вдоволь ел и спал, со мной была охрана и слуги, обеспечивающие мой комфорт, насколько он был возможен в условиях пути.

А моя маленькая нежная беременная жена поделала этот же путь, как рабыня… Я раздавлен. Не знаю, как смогу посмотреть ей в глаза.

— Если Вы ее на самом деле любите, у Вас все получится, — ответил Александр.

Глава 39

Тамиль думал, что не сможет всю ночь заснуть, подбирая слова для объяснения с Демианой, но уснул сразу, как только его голова коснулась подушки.